Погребальные костры

— Господин желает нанять чародея? — уродливый неряшливый старикашка подсел за мой столик в таверне «Белый Октопус».

На столе передо мной появилась большая медная монета, сложенная из двух половинок. Одну половину я принес с собой, а вторая выкатилась из засаленного рукава посредника.

— Желает, — я кивнул, настороженно разглядывая посетителей таверны. — Не могли бы вы говорить потише?

Старик ухмыльнулся и принялся вертеть мизинцем в левом ухе.

— Здесь все свои, господин, можете не волноваться.

Громадный детина, восседающий на колченогом табурете за соседним столиком, отсалютовал мне пивной кружкой и подмигнул.

— Это Малыш Гудан, мой племянник, — посредник кивнул на верзилу. — Лучший кулачный боец на всем Маунтдане.

Кулаки у Малыша были не детские, а ножны клинка, торчащего из-за пояса, сплошь усеяны подозрительными бурыми пятнами.

Поежившись, я перевел взгляд на улыбающегося старика.

— Когда вы сведете меня с чародеем?

Посредник задумчиво счистил добытую из уха серу ногтем большого пальца, и возвел очи к потолку.

— Всему свое время, господин. Давайте, для начала, отобедаем.

Проворная служанка поставила перед нами на стол два больших блюда с рыбой, щедро посыпанной зеленью и окруженной дольками лимона.

— Угощайтесь, — старик с нескрываемым любопытством уставился на мои руки, затянутые в узкие кожаные перчатки. — Лучшего яства вам не сыскать даже в Лакоре!

Я остановил служанку, ухватив ее за локоть.

— Простите, но я не ем рыбы. Принесите-ка мне лучше вашего знаменитого октопуса в сметанном соусе.

Служанка снисходительно улыбнулась, сделала книксен, и побежала к кухне, громко стуча каблучками.

— Вы не едите рыбы? — старик подозрительно изогнул бровь, не спуская глаз с моих перчаток.

— Не умею выбирать кости, — я виновато улыбнулся, изучая дымящийся горшочек, появившийся передо мной на столе вместо блюда с рыбиной. — Вот октопус, это другое дело!

Заправив салфетку за воротник, я подцепил вилкой белесое щупальце и с удовольствием отправил его в рот.

С кислой миной посредник взялся за рыбу, ловко вынимая кости, и слизывая жир, стекающий по пальцам.

— Я хочу нанять Маркабрю, — сказал я, делая большой глоток желтого миносского. — Именно Маркабрю, и никого другого.

Посредник поперхнулся, и громко закашлялся. Его лицо побагровело, а Малыш Гудан тут же спрыгнул со своего табурета, на ходу вынимая из-за пояса нож.

— Почему? — прохрипел старик, хватая кувшин, и наливая вина в чашу. — Почему именно Маркабрю?

Я пожал плечами.

— Мои друзья уже работали с ним, и у них сложилось самое благоприятное впечатление об этом чародее.

Громко сглотнув, посредник махнул рукой, приказывая головорезу вернуться на место.

— Но за эти деньги вы можете нанять чародея куда более высокой квалификации, или даже двоих! — старик успокоился и вновь заулыбался, принимаясь за десерт. — Я бы вам посоветовал мастера Гиллеспе. Он просто превосходный маг! Выполнит вашу любую прихоть!

Я только покачал головой.

— Боюсь, что это не возможно, уважаемый. Мне нужен именно Маркабрю.

Старик недовольно засопел, решительно разделываясь с рассыпчатым пирожным, и подозрительно косясь на мои перчатки.

— Слушайте, Гиллеспе великолепный маг, Маркабрю ему и в подметки не годится! — острые желтые зубы посредника хищно ощерились. — Берите, кого предлагают, господин!

Старик откинулся на спинку скамьи, и я тут же почувствовал, как на моей шее затягивается невидимая удавка. Посредник заулыбался, перебирая пальцами по усыпанной рыбьими костями столешнице.

— Много вас тут ходит. Все вынюхивают чего-то, — старик вновь уставился на мои перчатки.

Невидимая рука еще сильнее впилась в мое горло, а пальцы Малыша Гудана принялись ловко шарить по моим карманам.

— Тихо, господин, не дергайся, только хуже будет!

Я же не думал сопротивляться. Встретившись глазами с сидящим в дальнем углу таверны здоровяком, облаченным в помятые латы наемника, я незаметно кивнул.

— Дядюшка Эсбен! — уронив на наш стол тяжелый двуручный меч, наемник плюхнулся на скамью рядом с посредником и сгреб его в охапку. — Вот уж кого не ожидал здесь встретить!

Невидимая рука тут же выпустила мое горло, а пальцы Малыша Гудана соскользнули с завязок кошелька.

— Оставь меня в покое, болван! — зарычал посредник. — Меня зовут мастер Тонезап, а не дядюшка Эсбен!

— Мастер? Поглядите-ка на него! — наемник весело заржал, мощно дыша перегаром. — С каких это пор ты стал мастером, старый пройдоха?

Малыш Гудан громко засопел мне на ухо, вероятно прикидывая, стоит ли попытать удачи с ножиком против двуручного меча.

— Как поживает старушка Хедвиг? — наемник не унимался, бесцеремонно тиская посредника, точно старого приятеля. — Малышки Йорун и Ингве уже, поди, совсем большие стали?

— Оставь меня в покое, идиот! — взвизгнул старик. — Не знаю я никаких малышек! Я мастер Тонезап! Тебе любой скажет!

Завсегдатаи трактира наблюдали за разыгравшейся сценкой с огромным интересом, однако на помощь старику никто не спешил.

— Тогда, я — рыцарь Леогар! — наемник приосанился. — О, где же мое злато, ростовщик!