Подопечная для графа

— Здесь сказано, что в случае смерти граф Иверсон назначает меня опекуном своей единственной дочери, — заключил лорд Гордон Берг, откладывая на стол прочитанный документ.

Я сложила перед собой руки и опустила голову, всем видом стараясь продемонстрировать покорность судьбе и отцовой воле.

— Также там написано, что я «добрый друг» графа, — добавил лорд Берг, и от меня не укрылись насмешливые интонации в его голосе.

В кабинете вновь повисла тяжелая тишина. Пришлось бросить быстрый взгляд на стоявшего чуть поодаль представительного гнома — поверенного отца.

— О да, — опомнился мистер Мур. Кашлянув в кулак, он указал на стол лорда Берга и подтвердил: — Там все так и написано.

Я скорбно поджала губы и глубоко вздохнула. Изображать скромную молчаливую леди оказалось очень тяжело.

Граф Берг, в кабинете которого мы находились, уточнил:

— Вы действительно считаете, что я поверю в это? — Он ткнул длинным смуглым пальцем в бумагу, которую я старательно подделала три дня назад.

Мистер Мур снова закашлялся. Моя бессменная компаньонка, гномка мисс Пирси, подняла взгляд к потолку и принялась шевелить губами. Молилась, по всей вероятности. Еще бы! Сбывались ее опасения, высказанные по дороге в Дэришфорт.

Я припомнила тот разговор:

— Ваш план никуда не годится, Даниэль. Обмануть лорда — это преступление. Нас всех упекут в тюрьму за подлог.

— А соучастникам всегда приписывают отягчающие обстоятельства, — поддакнул поверенный отца.

— Скажут, что я на вас плохо влияла, — продолжила мисс Пирси. — И в этом есть истина. Я ведь не остановила вас вовремя. И что теперь? Нас всех жд е т серость, уныние и темная узкая камера. Я читала подобную историю в книге-бестселлере от Амалии Блум.

— Разве не она пишет вторую книгу по циклу эротических любовных романов? — удивилась я.

— Исторических любовных романов! — наставительно поправила меня мисс Пирси. — Но речь не о том. Мне, как и героине книги, не выжить в тюрьме. Только ее спас прекрасный лорд, а я… Где взять смелого гнома, способного на все ради приличной женщины слегка немолодого возраста?

Мы обе посмотрели на мистера Мура. Тот сделал вид, что ничего не услышал , и продолжил смотреть в сторону.

— Прекратите себя накручивать, — покачала головой я. — Морской воздух и смена условий пойдет всем на пользу. И до тюрьмы дело ни в коем случае не дойдет. Граф Берг — очень хороший человек. Так говорил папа.

— Прелестно. Вот только хорошие люди очень не любят, когда их держат за дураков, — пробубнил мистер Мур.

— Глупости, — отмахнулась я. — Но даже если граф решит усомниться в нашей честности, у меня есть дополнительный аргумент. Нам ничто не грозит.

— Я ведь могу передать эту бумажку на экспертизу законникам, — словно подслушав мои мысли, сказал граф Берг.

Моя компаньонка вздрогнула всем телом, а поверенный отца пошатнулся. Я же взглянула будущему опекуну прямо в наглые карие глаза и заявила со знанием дела:

— Ни один эксперт не сочтет переданный вам документ подделкой.

Ведь я слишком часто писала деловые письма за отца, так что научилась подделывать его почерк идеально.

— Значит, этот документ действительно составил граф Иверсон? — спросил Гордон Берг.

Здесь меня можно было поймать на неправде. Потому пришлось применить гномью тактику ведения переговоров:

— Как вы можете считать иначе? — с обидой выпалила я. — Это унизительно.