Под землю

Ишак громко закричал, когда его повозка зацепилась колесами за острые обломки камня. Он начал мотать головой, пока не получил сильный удар кулаком по морде:

– Тихо, тупое ты животное, – тяжело и недовольно произнес мужчина средних лет. Он был по пояс голый и перемазанный угольной пылью, которая буквально въелась в его кожу, делая того полностью черным.

Во второй руке у мужчины был небольшой масляной фонарь, которым он безуспешно освещал коридор длинной шахты ведущей на поверхность. Его лицо было перемотано мокрой от пота, грязной, льняной тряпкой, призванной защищать горло и легкие от пыли. Естественно кусок старой ткани практически не справлялся с этим, и раз в несколько минут коридор содрогался от тяжелого кашля. Слева от небольшой дороги для повозок и вьючных животных была искусственно вырубленная лестница, по которой узники каждый день отправлялись в глубины гор, чтобы махать кирками, ломами и прочей тяжелой утварью, с целью добычи каменного угля.

Самого мужчину звали Кристоф. Он был на этих шахтах уже третий год. Его задача была загружать телеги выработанным углем и поднимать его наверх, в основание пещеры, где и производилась дальнейшая сортировка, погрузка и отправка с караванами, которые доставляли сырье на переработку и продажу. Вся гора на которой и был разработан этот шахтерский уголок имела название «Шахта Драсса и Байроса». Они прибыли в свое время сюда, чтобы начать разработку новых месторождений. Но к несчастью все участники без вести пропали. Только последующее посещение гор Брутц привело к тому, что тут нашли каменный уголь, а название месторождение получило в честь глав пропавшей экспедиции. Теперь преступники как Кристоф вынуждены вместо сырых казематов коротать свой срок здесь. Как говорил он сам: «Да, у этого есть свои плюсы, иногда я бываю на свежем воздухе, нас хорошо кормят. Никто не избивает, ну только если совсем постараться и довести надсмотрщиков до белого каленья. Тогда да, розги, кистени и много чего, спрятанного за пазухой у этих мужеложцев, ты своим хребтом вкусишь. А так, да, жизнь была мирная и достаточно тихая. Правда, я сам не привык столько трудиться. До того, как я попался и был закован в кандалы, кстати, о кандалах здесь их нет. Зато есть колдуны треклятые, понатыкали свою какую-то богомерзкую, магическую неведь и называли барьерами. Суть её в том, что если их пересечь, тебе разорвет голову. Кандалов нет и на том спасибо, это значительно облегчает работу в отличие от других каменоломен».

Кристоф до попадания в эти шахты жил достаточно вольной и не принужденной жизнью: путешествовал по лесам, иногда помогал солдатам на передовой, охотясь на эльфов. Даже свою команду сколотил вскоре для этого дела. Передовая между Солитореном, где обитали эльфы и объединенным королевством людей, там собственно и родился сам Кристоф, была ему родным домом. Нагоняя эльфов и устраивая им засады, он и его парни хорошо зарабатывали, не брезгуя заниматься мародерством, убийством, сжиганием эльфийских деревень и мелких поселений, но иногда им хотелось женского тепла и тогда они насиловали найденных, женщин, как эльфийских так и человеческих. Именно после подобного их поймали и дали четко понять, что ублюдки вроде Кристофа и его банды нарушают законы, а не ведут благородных воин с эльфами. Тогда их отправили в казематы, где им было суждено гнить двадцать лет. Правда, как смеялся сам мужчина: «Оказалось, что мы кушаем много для бездельников и нас отправили отрабатывать съеденное из королевских запасов». Так отсидев какие-то два года, он и его банда были отправлены на рудники, копии, золотодобычу и другие работы.

Кристоф с силой дернул ишака за поводья и животное наконец-то успокоилось. Мужчина повел его дальше по дороге, навстречу ему шли надзиратели. Обычно они ходят другой дорогой, спускаясь вниз к тем местам, где идут работы, чтобы сменить караулы. Но сейчас там шел проверяющий, господин Эрдинье из Фальтсбурга. Кристоф его хорошо знал. Обычно это он мастерски орудует плетью во время наказаний за неповиновение закону и власти Короля. Вниз этот господин ходит редко, зачастую, чтобы затащить кого-то из заключенных в темный, укромный угол и хорошенько избить. Как правило, после его посещения шахт, недосчитываются парочки заключенных, их имена вписывают в книгу учета несчастных случаев. На деле же, проверяющий собственноручно убивает ради собственного удовольствия тех, кто ему не понравился или наоборот приглянулся как жертва. К счастью Арто, за эти годы Кристоф ни разу не попадался на глаза этому зверю, а если и попадался, то только за усердной работой, что несомненно играло ему на руку. Ведь тех, кто работал и соблюдал правила, никто не спешил трогать.