Под перекрёстным огнём. Том 2

— Это мне? Спасибо!.. Наверное, дорогущие?..

— Они очень идут под цвет твоих волос. — Я склонил голову. Кто б говорил о стоимости материальных ценностей после всего пережитого! Марина всегда останется Мариной.

— Куда пойдём? — Её глаза сияли такой радостью, что и моя душа запела.

На ней было лёгкое тёмно-синее платье, в котором можно романтично погулять по городу, но и не стыдно заглянуть на огонёк в солидный ресторан. Красивая вещь, и недешёвая. Где взяла, если учесть, что согласно разведданных, деньги за моральную компенсацию Беатрис они не трогали, а золото Иудушки на хранении у меня? Оно походило на то, в каком я её впервые увидел в памятном ночном клубе, где мы познакомились, только без блёсток. Сама же была накрашена и отштукатурена от и до — видно, готовилась не менее полудня. Волосы не уложены, развеваются свободно, как я люблю (с ангельскими типовыми ёжиками я начал ценить и обожать длинные женские волосы), но слегка завитые — и над ними она колдовала порядочно.

Да, девочка готовилась. И я даже понимаю, почему. Она знает, что Проект вышел на стадию, когда мне предстоит сделать Выбор. Самый главный в своей жизни. И её в этом выборе не будет. Да, я, конечно, тот ещё тип, если захочу — могу выбрать и её, назло всем. Не едиными принцессами. Сеньора Гарсия, например, по этому поводу нервничает. С нею возможно и королева, но монаршьи настроения не знаю, и врать не буду. Мишель считает меня умнее, но она судит людей по себе, а сама она — прагматичная сука; с её точки зрения этот выбор невозможен, потому, что невозможен никогда. И я пока не разубеждаю её, хотя разочаровать действительно могу. Этот сценарий вероятен…

…Но вероятность его всё же гораздо ниже любого другого варианта.

Скорее всего, мне придётся выбрать кого-то из сестёр Веласкес. Сеньор Серхио тот вообще готов сосватать обеих, если у меня получится их унять и примирить. Наверное, хорошие мне гены в этой «Руке надежды» намешали — чтоб у дочерей хорошее потомство было. Но я не смогу, вот в чём дело. Кого угодно, но не их друг с другом. Выбрать придётся одну…

…А с этой одной закончится и Маринино хоть и подвешенное, но привилегированное положение. Конечно, её не оставят без защиты, но меня она потеряет. А с нашего последнего путешествия в Центральный Парк я уверен, что она бы этого крайне, очень-очень сильно не хотела — феномен белой обезьяны взаимен.

Сегодняшний день я выцыганил у Мишель… Кстати, что-то она добрая последнее время, к чему бы это? Сверху указка не мешать пришла?…Чтобы посвятить его архиважному вопросу — поставить точку в наших взаимоотношениях с юридической супругой. Не в смысле закончить их, а в смысле придать какой-нибудь статус; чтобы мы совершенно точно знали, между нами это и это, а не то и то. И это важно. Потому, что я бы не хотел оставлять её. Она моя белая обезьяна, и этот крест буду нести по жизни, кого бы из принцесс ни выбрал.

Марина прижала к себе букет действительно роскошных бордовых роз с тёмно-синей окантовкой лепестков. Запах их был одуряющ, и она его несколько раз жадно вдохнула. Доверчиво взяла меня под руку. Вот, всегда бы так! А то вечно как виделись, так злоба и претензии.

— А куда хочешь пойти? — окинул я рукой вокруг, намекая, что сегодня границ не существует. Я был одет не настолько солидно. Прогулка — куда ни шло, но в хорошем ресторане смотрелся бы… Неважно. Мы же не по кабакам сидеть встретились!

— А мне всё равно куда. — Она пожала плечами.

— Тогда пошли на карусели? — указал я на вход в Центральный парк. Для площади де Сен-Мартина, где мы находились, это было самое мудрое направление.

— Карусели? — задумчиво «зависла» благоверная.

— Боишься? — Я легонько ткнул её локтем. — Что головка закружится?

— Если ты думаешь, что только ваши ангелочки могут выдержать на тренажерах все эти космические нагрузки, то ошибаешься — у других вестибулярка не хуже! — вызывающе вздёрнула она носик.

— Хуже, — покачал я головой. — Но весь вопрос в том, насколько.

— Ну, уж уровень «Петли дьявола» всяко потянет.

Я усмехнулся.

— То есть тебе не страшно испортить такое платье рвотными массами. — «Петля дьявола» хоть и для обычных, «непрокаченных» людей, но тренированных.

— Рвотные массы? — Наигранное презрение. — С чего вдруг?

— Ну, сама напросилась. Спорим не выдержишь? — протянул я руку.

— Спорим! — пожала её она, засияв глазами.

Затем мы гуляли. Просто гуляли по аллеям парка. Я покупал мороженное и сладкую вату, мы смеялись, о чём-то разговаривая. Перебрасывались шутками. Недавнее прошлое не вспоминали — рана ещё не затянулась, но оказалось, что у нас и без этого множество тем для разговора. Просто до того, как всё случилось с Беатрис, отсутствовало само желание идти на контакт.