Почему я ушёл из «Круглосуточных гамбургеров Гарри»

«Гамбургеры» были прекрасным местечком; скорее всего, таким они и остались. Я давно уже там не бывал. Ресторан находится рядом с Саттоном — это если к северу от Чарлстона свернуть с трассы И-79 на один из съездов и проехать ещё пару миль. Раньше здесь было довольно много разных заведений, но потом достроили шоссе из Чарлстона, и некоторые владельцы решили переехать к трассе — туда, где заканчивается развязка. Ну а потом уже никто не хотел пилить несколько лишних миль, чтобы попасть в «Гамбургеры». Народ всё гадал, почему старый Гарри никак не прогорит, но даже без шоссейной клиентуры дела у него шли вполне нормально. Это я выяснил, когда стал там работать.

Почему я работал именно там, а не в других кафешках? Да потому что мои родаки жили в двух шагах от «Гамбургеров». Жуткая глухомань — даже не в черте Саттона, а так, маленький домик посреди дороги. Вокруг вообще ничего не было: только мы, да заведение Гарри. Сам-то он жил в задней части своего ресторана. Это было практически единственное место, куда я мог дойти меньше чем за час, а машины не было.

Мне тогда было шестнадцать. Работа требовалась срочно, потому что отца снова уволили, а для своих дел мне очень нужны были собственные деньги. Мама была не против, если бы я брал её машину, но возвращать тачку надо было с полным баком и не слишком поздно. Такие правила. Поэтому мне нужна была подработка, а «Круглосуточные гамбургеры Гарри» оказались единственным местом, куда можно было дойти пешком. Гарри сказал, что людей у него достаточно — два повара, два человека за стойкой, да плюс он сам. Днями попарно работали те чуваки, а в ночь оставался сам Гарри. Я там немного покрутился (больше никуда было не надо) и подумал, что работа — не бей лежачего: людей практически нет, а парни сидят и травят пошлые анекдоты. Так что я решил, что это — идеально.

Но Гарри сказал, что помощники ему не требуются.

По идее, это было действительно так, но я не собирался позволять какой-то там логике становиться между мной и вождением маминой машины. Я стал просить и умолять, и за неделю-другую так достал Гарри, что тот, наконец, согласился дать мне шанс. В ночную смену, с полуночи до восьми утра, я должен был выполнять обязанности буфетчика, официанта и привратника — и всё в одном лице.

Я уговорил его назначить конец смены на 7:30, чтобы успевать в школу, и мы ударили по рукам. Не то чтобы я сильно беспокоился об уроках, но родители настаивали, да и в школе удобно встречаться с друзьями, знаете? Знакомиться с девчонками и всё такое.

И вот я стал ночным работником ресторана. В первый раз я пришёл ровно к полуночи, и Гарри вручил мне передник и маленькую шапку, совсем как в старых фильмах — такие же были и на нём. Я должен был обслуживать столы и убирать, но не готовить, так что я не понял, зачем мне надо было носить эти штуки. Но раз уж Гарри сказал (а баксы нужны), то пришлось-таки напялить спецодежду, не обращая внимания на то, что фартук был не только весь липкий от жира, но ещё и вонял так, будто несколько недель назад кто-то умер, лёжа на его подоле. А Гарри — прикольный старик, всегда выглядел на пятьдесят, сколько я его помню. Не молодой, но и не сильно старый, всегда в одной поре, знаете? Бывают такие люди — полное ощущение, что они живут вечно. В общем, показал он мне, где что находится на кухне и в подсобке, велел не прохлаждаться, а драить всё, что выглядит грязным. И казалось, Гарри действительно боялся, что я напортачу, потому что он повторил в который раз:

— Не беспокой посетителей. Просто бери заказы и приноси им еду.

— Конечно, — ответил я. — Всё понял.

— Хорошо, — сказал он. — Ночью к нам забредают довольно забавные ребята, но они хорошие клиенты, по крайней мере, большинство из них, так что никого не доставай. Смотри: одна-единственная жалоба от посетителя, одна-единственная попытка обсчитать — и ты здесь больше не работаешь, понял?

Потом Гарри вернулся на кухню, а я взялся за метлу и стал подметать перед входом в заведение, пока не зашли двое дальнобойщиков, чтобы заказать бургеры и кофе.

Конечно, сперва было трудновато, но довольно скоро я втянулся. По одному или по двое заходили мужчины (и женщины, конечно, тоже), чего-то заказывали (причём Гарри успевал приготовить это быстрее, чем вы скажете «сыр»), потом они ели, потом вытирали рты, потом ходили в сортир, потом уезжали. От этих ребят я не слышал ничего, кроме их заказов, а всё, что я им говорил — это «да, сэр» или «да, мэм» или «большое спасибо, ждём вас снова». Получается, они были простыми водилами, которые не очень-то жаловали всякие придорожные ресторанчики.