Побег

Мужчина очнулся в больничной палате в начале третьего часа дня. Голова раскалывалась, а из руки торчал катетер, подключенный к капельнице. Он, может, и проспал бы дольше, если бы не яркий свет, бивший в глаза через окно. Прикрыл глаза свободной рукой и попытался вспомнить, что было до этого пробуждения. Тщетно. Хуже того, в голове вообще никаких воспоминаний. Тупым невидящим взглядом он уставился на часы и задумался о том, какое сейчас число. Закрыл глаза, потер лоб. Ни крупинки информации в голове. Глубоко вздохнул, как будто проверяя, что не забыл хотя бы как дышать. Резонно заметил, что это может быть связано с сильной головной болью, поэтому решил ощупать себя. Но на удивление оказался совершенно цел, если не считать иглы катетера в руке. Попробовал приподняться — никаких проблем. Сел на краю кровати, свесив босые ноги на пол. Огляделся, но не обнаружил какой бы то ни было обуви. С другой стороны кровати — тоже. Кажется, никто не ожидал, что он захочет встать и куда-то пойти. С другой стороны капельница к этому тоже не очень располагает.

В палате он был один, тем не менее попробовал негромко позвать: «Кто-нибудь есть здесь?» Понятное дело, что никто не отреагировал. Даже если бы кто-то и оказался рядом, он бы ничего не услышал, потому что из пересохшего рта не раздалось ни звука. Он сглотнул, прочистил горло и попробовал еще раз, уже значительно громче: «Кто-нибудь?» В ответ только часы продолжали тикать на стене над дверью в палату.

Убедившись, что никто не собирается к нему зайти, он решил погримасничать. Несколько минут издавал нелепые звуки, сам себе аплодировал осторожно и улюлюкал. Зачем он это делал, он не понимал, но почему-то хотелось заняться именно этим. Затем еще раз прочистил горло и, набрав побольше воздуха в легкие, постарался крикнуть как можно громче: «Люди, я здесь!»

После этого ему почему-то стало по-детски страшно, что его отругают за плохое поведение, поэтому он на всякий случай решил лечь обратно, как будто и не поднимался вовсе. И стал ждать. Он внимательно следил за секундной стрелкой, и, когда та описала пол оборота, дверь в палату открылась.

— Евгений, Вы проснулись? — взволнованно поинтересовалась молодая медсестра.

На вид ей было лет двадцать пять, не больше. Невысокая, стройная. Светлые волосы её лежали на плечах. На лице без косметики приветливая улыбка.

Наш новый знакомый не сразу понял, что это она обратилась к нему. Евгений. Евгений. Евгений? А тут нет больше никого.

— Это я?

— Что, простите?

— Евгений — это я?

Почему-то это имя казалось незнакомым больше, чем собственное тело и всё остальное вокруг.

— Вы не помните? Так указано в Ваших документах. Вы поступили к нам без сознания, но водительское удостоверение было в бумажнике. Так что, полагаю, это — Ваше имя.

— Ох, ладно. А что со мной?

— О Вашем состоянии лучше пообщаться с врачом. Я попрошу его подойти к Вам.

— А Вас как зовут?

Немного пообщавшись с девушкой, он подумал, что она кажется ему куда более знакомой, чем имя Евгений.

— Алиса, — тут же отозвалась девушка. — То есть… — она осеклась. — В общем, да. Можно просто Алиса.

Голос звонкий, приятный, правильные черты небольшого круглого лица, чуть вздернутый носик, тонкие неширокие губы. Как минимум с первого взгляда очень приятная девушка.

— Я позову Сергея Петровича — вашего врача.

Алиса исчезла за дверью, оставив Женю наедине с его собственным именем. Ступор в мыслях. Больница, без памяти, Евгений, без сознания, Алиса. Он протер глаза, с силой надавливая на глазницы, остановив пальцы на переносице, зажмурился. Привести себя в порядок это, увы, не помогло. Он поднялся на кровати и оперся на изголовье в ожидании врача.

Сергей Петрович оказался парнем лет тридцати. Какая-то молодежная больница, не иначе. В непродолжительной беседе Женя узнал, что карета скорой помощи подобрала его с тротуара, куда внимательные прохожие ее вызвали для молодого опрятного мужчины без признаков сознания. Однако никаких отклонений и нарушений у него не зафиксировано за исключением небольшого обезвоживания, из-за чего было затруднительно взять анализы. Потому ему и поставили капельницу с обычным физраствором. Строго говоря, никаких оснований его держать в больнице дальше не было, если он был в силах сам ходить, что тут же и проверили. От головной боли была выдана таблетка ибупрофена.

Несмотря на то, что Евгений понятия не имел, куда ему идти, он решил как можно скорее покинуть больницу и попросил принести свои вещи. Первым делом он осмотрел бумажник, где нашел водительское удостоверение с фотографией, напоминавшей отражение в зеркале.

Евгений. Женя. Ладно, в целом имя-то и неплохое, даром что кажется чужим. Привык один раз на… судя по удостоверению, на 36 лет… привыкнет и еще раз.

Алиса проводила его до выхода из больницы и попрощалась. Удивительно, но это была не большая городская больница, а маленькая — частная. Каким образом его сюда могла привезти скорая?