Побег на Памир

1

С чего все началось? Наверное, со смерти отца. Хотя, когда он был еще жив, мать тоже иногда срывалась на выпивку, но это хоть и происходило, но все же достаточно редко, и только в тот момент, когда отец уезжал в командировку. Отец работал водителем на тягаче, в подразделении «Узмежавтотранс». Благодаря этому, у него была возможность выехать за рубеж. Правда, этот рубеж ограничивался чаще всего социалистическими странами, Польша, ГДР, Чехословакия. Но даже это, приносило семье ощутимый дополнительный доход. Вся мебель, что имелась у нас в квартире, а так же одежда, обувь и все остальное, чаще всего, либо привозились из-за границы, либо покупались здесь, в магазине «Березка». Просто часть зарплаты, отец получал чеками, и мы могли ни в чем себе не отказывать. Единственной проблемой было то, что отец, почти не появлялся дома. После возвращения из рейса, он отдыхал, день другой, а после вновь садился за руль и уезжал в очередной рейс. Тут был выбор, или ты по первому слову срываешься с места, выполняя приказ начальства, либо тебя переводят на внутренние рейсы. Зарплата, разумеется, и там довольно неплохая, но именно, что неплохая, и не идущая ни в какое сравнение с той, что платят сейчас. Конечно с каждого рейса, отец, как минимум половину привезенного отдавал начальству, но без этого получить такую должность было просто невозможно. Как-то слышал разговор отца со своим знакомым. Оказывается, чтобы только устроиться уборщиком трибун на стадион «Пахтакор», кое-кто готов выложить больше десяти тысяч рублей. При этом зарплата, полностью отходит бригадиру. Но говорят, все это оправдывается после первых двух матчей. За счет одних только собранных на трибунах бутылок и макулатуры, уже через месяц уборщик выходит на такие суммы, что остается только завидовать. Впрочем немудрено, учитывая, что футбол нынче в моде, а матчи проходят постоянно, да и на трибунах не бывает свободных мест.

Так же понятно и то, что привозимый отцом импорт тоже, не найдешь на прилавках советских магазинов. Поэтому за эту должность приходится держаться и руками и зубами.

Простите, забыл представиться. Руслан Назаров, национальность — узбек. Точнее сказать, узбек, я только наполовину, по отцу. И, Назаров, кстати, здесь чисто узбекская фамилия, причем согласно местным обычаям происходит от имени отца. То есть моего отца зовут, Назар Эргашевич Эргашев. Имя Назар в переводе с арабского языка означает — Дальновидный. При этом отчество упоминается только потому, что так принято в СССР. Обычно среди местных, не принято его называть. И так всем понятно, что если человек представился Назаром Эргашевым, значит Эргаш, имя его отца. Взять того же Шарафа Рашидова. Рашид имя его отца, вынесенное и в фамилию и в отчество.

То же самое и со мною. В качестве фамилии я ношу имя отца. Сомневаюсь, что так будет с моими детьми, все-таки старые обычаи постепенно уходят в прошлое, но пока так. Да и Руслан, совсем не узбекское имя. Просто этого захотела моя мать, русская по национальности, и отец, уступил ей в выборе имени. Хотя здесь выбор имени — это прерогатива именно отца. Он, хотел назвать меня Рустамом, но мать уперлась сказав, что рожает она, ухаживает тоже она, а все плюшки достаются отцу. И имя он придумывает, и отчество его и естественно фамилия тоже. Ну отец и уступил жене. Впрочем, Руслан недалеко ушел от Рустама, поэтому он не особенно и обиделся. Хотя родственники отца, конечно, были в шоке. Звали мою мать, Людмила Романовна Красинская. Почему звали? Об этом чуть позже. Мне пятнадцать, вернее почти шестнадцать лет. Родился я первого августа 1954 года.