По осколкам

Вдали слышен гул заходящих на посадку самолетов. В панорамном окне взлетная полоса.

Кофе тут дрянь!

Оставляю чашку недопитой и иду к эскалатору.

Вижу Пашку сразу, он высокий и выделяется среди толпы азиатов.

Несколько лет не виделись.

— Уваров!!

— Арс!

Обнимаемся, хлопаю его по спине.

— Арс, ты в костюме! — угорает он. — Офигеть!

Хотя, сам он тоже в костюме. Отличном! Смазливый и вылизанный, как дипломат. Возмужал. Он у нас всегда был умницей.

А я бандитом и распи*дяем. На автомате трогаю шрам рассекающий бровь. Но девчонки, почему-то, всегда предпочитали меня. Та самая пресловутая тяга к плохишам.

И из-за своей оторванности, я вылетел с третьего курса, а он после аспирантуры поехал по приглашению работать в Гонконг.

Показательно поправляю пиджак за лацканы.

— Да, братишка, я теперь тоже серьезный дядька! — подмигиваю ему.

— Ты-то где так загорел?

— Да, я тоже только приехал. В Тае полгода жил.

— А как же ваш с Костей бизнес?

— Он пока занимается, — морщусь я. — Вот, думал, приеду, перехвачу эстафету. А он пусть полгода по морям потусуется.

— Справедливо.

— Не хочет. Ты же знаешь, какой он у нас дотошный. Боится, наверное, что я налажаю где-нибудь без него. Он уже отладил всё. А ты? Где ты? Как ты? Да что мы набегу? Поехали, посидим где-нибудь? Костику наберем…

— Где присядем? У вас? Костя писал, вы «кабак» открыли приличный!

— Нет, — если мы сядем в нашем баре, то неприятные ассоциации испортят все эмоции от встречи. — А давай, в «Чикаго». Я там замдиром работал до того, как мы с Костей свой замутили. А Костя администратором. Отличное место.

Давно там не был.

Нет, не то, чтобы в «Чикаго» обойдется без ассоциаций, но там они хотя бы приятные!

По дороге до «Чикаго» скидываю Косте координаты — где мы.

— Пашка, а ты какими судьбами-то? Мы уже думали, что ты в Россию ни ногой.

— А я, — улыбается он немного смущенно, — за женой приехал.

— Когда успел?!

— В том-то и дело — не успел. Азиатки мне не вставляют. Нашу хочу, русскую. Найду умницу-красавицу, женюсь и увезу.

— Правильно. Мне тоже азиатки не вставляют, — вздыхаю я.

Мне теперь никто не вставляет.

Садимся на диваны. Выбираю место спиной к сцене. Потому что в солнечное возвращается то самое чувство, от которого я бежал в Тай. Чувство болезненной свербящей дыры, провала, воронки. Да, а еще обиды, беспомощности и несправедливости всего происходящего со мной. И я снова начинаю чувствовать себя сильно облажавшимся пацаном.

Встряхиваюсь. Не момент сейчас загоняться. Всё-таки встреча старых друзей.

Но машинально оглядываюсь. Сцена пока пустая. Программа начинается с девяти.

Бармен новый, официанты тоже…

Полгода дохе*а чего могут поменять. Да, Арс?

Вдыхаю поглубже, раздражаясь на это тянущее ощущение, уже как девять месяцев портящее мне жизнь. Чего-то… как-то… не особенно изменилось.

Тру горло, пытаясь избавиться от удушающего спазма.

В Тае было легче? В Тае был кокс, водка, проститутки и бесконечные запилы. Да, было немного легче поначалу. Но пустота нарастала… А здоровье таяло с каждым днем. Нужно было остановиться.

Я остановился и снова стал орать по ночам в подушку.

Официант приносит нам текиллу и лимоны.

— Наливай!

Спиртное немного помогает, да.

Чокаемся.

— За встречу!

Выпиваю, закидывая следом дольку лимона.

Пашка перехватывает мою руку.

— Вау! Это что? Обручалка?!

— Мхм.

— Ты женат?!?

Кручу кольцо на безымянном своим большим. Большевато стало. Скинул десятку, наверное, за эти месяцы. Не потерять бы.

— Давай завтра об этом? — зажмуриваюсь я. — Не хочу… А сегодня побухаем. Расскажи, чем ты там занимаешься?

— Инженер. Живу в Гонконге, большая квартира от корпорации, бабла хватает. Все отлично! Семью хочу. Вот отпуск взял на два месяца. С родителями встретиться, с вами, жену найти.

— Костя! Куницын! — встает Пашка, протягивая руку. — Братишка!

Пожимают руки, обнимаются, хлопая друг друга по спине.

— Нет, этот тоже в костюме! — смеется Пашка. — Солидные все стали, куда деваться!

Мы тоже пожимаем с Костей руки, хотя виделись уже утром.

Если Пашка был успешным умницей, а я дерзким распи*дяем, то Костик был тихоней. Таким упертым, закрытым в себе… Но всегда услужливым и на подхвате. И как-то вписался в старших классах к нам с Пашкой. Перешел к нам из другой школы. Немного пришибленный и простоватый.

Одноклассники начали его под**ачивать. А я вписываться. Жалко его было. Мать у него умерла тогда. Так до сих пор и дружим.

— Ну вот! Все в сборе.

— А чего вы здесь? — по очереди смотрит нам в глаза Костя. — Чего ко мне… к нам, — поправляется, — не поехали?

— Там — работа. А я отдохнуть хочу, — леплю я первую пришедшую в голову отмазку.

Болтая об особенностях жизни в Азии, мы распиваем бутылку и заказывает следующую. Листаю меню. Меню не изменилось! Шеф-повар, наверное, тот же… а если шеф тот же…

— Давайте, жаркое из баранины? Здесь отличное жаркое.

Официант накрывает нам стол.

Шеф тот же — это стопудово!

Отодвигаю от себя тарелку, вытирая салфеткой губы.

— Кальянчик, может? — разливает по стаканам текилу Костя.

— А, давай!