По недосмотру

На заводе Кибернетических Автоматов всё бурлило. Добивали план последнего квартала текущего 2458 года.

Директор завода, Барбалеев Юпитер Иванович, рвал, метал и скрежетал. Из его кабинета то и дело сыпались молнии и слышались раскаты грома. Юпитер умудрялся ругаться одновременно по восьми видеофонам с шестнадцатью начальниками цехов и диктовать на самописец указания своим заместителям. В приёмную из кабинета с интервалом в три минуты выскакивали получившие очередную взбучку работники завода, вслед им нёсся мощный бас директора:

— Следующий!

И тогда юная секретарша Лизочка, диктовавшая двум роботам-машинисткам приказы «О строгих выговорах» и «О выговорах с предупреждением», на секунду отрывалась от этого занятия и, тяжко вздыхая, говорила:

— Проходите, товарищ, Вас ждут.

Очередная жертва покорно исчезала в логове Барбалеева.

А в это время директору по видеофонам докладывали:

— Пятая линия выдаёт брак.

— Пустите запасную! — мгновенно реагировал директор. — Пятую проверить. Виновных ко мне!

— В цехе готовой продукции — недостача! Не хватает одного робота экспериментальной серии.

— Робота найти! Начальнику цеха Репудинову — выговор!

— На складе обнаружены излишки электронного оборудования. Что делать? — вопрошал начальник снабжения.

— Сборочному цеху за экономию материалов объявить благодарность! — гремел Юпитер. — Из сэкономленного сырья и деталей изготовить сверхплановую продукцию!

В это мгновение из приёмной в кабинет проскользнул начальник цеха готовой продукции Репудинов. Был он чрезвычайно возбуждён и даже заикался.

— Юпитер Иванович, — прошептал он, преданно заглядывая в глаза шефу. — Всё обыскали. Робота нигде нет, как сквозь землю провалился. Больше того ещё двух не хватает!

Директор обомлел.

— Как? Ещё двух упустили? Или, может быть, вы их и не изготавливали? А отдел контроля куда смотрел? Ищите! Сборщиков перетряхните! Синтезаторов! Они могли для своих нужд зажать! Учтите, роботы — не воробьи, летать пока ещё не умеют! У меня план! Чтобы всё выяснили и через час доложили! Ясно?

— Так точно, Юпитер Иванович, всё ясно, — пробормотал Репудинов, пятясь к дверям кабинета, но выйти, однако, не успел.

Двери вдруг распахнулись. Из приёмной послышались возмущённые голоса. Раздался пронзительный визг Лизочки. Возгласы:

— Гражданин! Вы куда? Нельзя!

И в кабинет директора ввалилась совершенно голая бородатая личность.

Близоруко щурясь на экраны видеофонов, личность смущённо уставилась на директора.

— Извините великодушно, я, кажется, опять не туда попал, пробормотала голая личность. — Что делать? Не знаю! Брожу как неприкаянный. Ничего не понимаю! Ничего не помню! Кто я? Зачем?

От этих слов у Репудинова волосы на голове встали дыбом, а директор вдруг подпрыгнул в своём кресле.

— Та-а-а-ак! — протянул он, глядя сквозь Репудинова куда-то в даль, и, указав на кресло, радушно добавил: — Присаживайтесь, милейший. Откуда вы к нам?

— Я, знаете ли, оттуда, — как-то неопределённо мотнула головой бородатая личность в направлении цеха готовой продукции.

— Вы, наверное, с побережья? — вмешался Репудинов, в голосе которого ещё теплились искры надежды, а в голове уже в панике метались мысли: «Конец квартала! Завод лихорадит! Всеобщая спешка! Неразбериха! Разве только я виноват? И куда смотрели? А сколько их ещё будет? И что будет?»

Однако, острому взгляду Барбалеева ситуация уже стала предельно ясна.

— Лопухи! Бракоделы! — взревел директор. — Опять вместо робота человека синтезировали!