По миру: Миражи Хаоса (СИ)

Интерлюдия. За восемь больших циклов до очередного Малого турнира…

Считается, что механоиды неспособны к эмоциям, лишь к их имитации, но собеседнику Тригра казалось, что у меха скрежещет каждая шестеренка. Однако Ф’Хол не собирался уступать, стараясь лишь аккуратнее выбирать выражения. Все-таки перед ним был очень старый Игрок, по слухам, весьма злопамятный — меньше всего хотелось сделать его своим врагом, будучи всего лишь посланником по делам клана.

— Наш глава все же надеется, что Вы закроете этот долг здесь и сейчас, — ящер старался говорить как можно безучастнее, подчеркивая интонацией, что в этом деле нет ничего личного, только представляемые им интересы клана.

— Невозможно. Мои личные обязательства не должны отменять договоры Дома, невзирая на возможные последствия, — механоиду непросто дались эти слова, он отлично понимал, чем рискует, но отступать не собирался.

— Между нашими кланами давние дружественные отношения, и меньше всего мы хотели бы вынуждать Вас разглашать чужие тайны, — почтительно шаркнул хвостом ящер. — Мы и так знаем, что Летящие обратились к Вам, и всего лишь хотим услышать предположения о возможном маршруте. Гарантируем, что всем сопровождающим будет предложен вариант мирного решения, — глава его Дома заранее предусмотрел подобную позицию известного своей принципиальностью меха и выдал посланнику исчерпывающие инструкции для различных вариантов развития переговоров.

Тригр молчал, не видя смысла в словах. Если ему суждено сгореть в черном пламени Хаоса как клятвопреступнику — да будет так. Он готов оплатить глупую ошибку молодости, какова бы ни была цена. Смысла тянуть за собой весь свой клан полководец не видел. Странно, что глава далеко не худшего из младших кланов Дома Ящеров не понимал этого. Должен был понимать. Тогда неясно, какую выгоду последнему могли принести смерть Тригра и неминуемый в результате конфликт.

Пауза затягивалась, и Ф’Хол, мысленно матерясь на странные традиции механоидов, молчание у которых в отличие от других разумных рас означало категорический отказ, понял, что пришло время последнего козыря. Недешевого, но что поделаешь — нынешняя ставка намного выше, чем завербованный в клане мехов агент, даже с учетом всей его уникальности. В конце концов, раз предатель не смог получить нужной информации сам — это его проблемы. Придется последнему выступить одноразовым инструментом, мир жесток…

— Мой повелитель с пониманием относится к непростой ситуации и просит лишь об одном, небольшом одолжении. В счёт всего долга. Уверен, это никак не нарушит Ваших клановых обязательств. Пусть один из лучших механиков клана, Алгир, лично протестирует машины конвоя перед сопровождением заказа Летящих, чтобы техника никого не подвела, а Ваши планы относительно данного рейда никак не изменятся и ничто, зависящее от Вас, не будет угрожать жизни Алгира или его свободе до конца дня, на который придутся работы , — выговорив заранее заготовленную фразу на одном дыхании, посланник с замиранием сердца ждал ответа. Отказ означал войну, которую пришлось бы начать ему, отправив главу Механической логистики на суд Хаоса…

Ящер не верил своим ушам, но в помещении действительно раздался отчетливый скрип. Глава механоидов молча наклонил голову, а в его руке появилась Книга…

Пять дней спустя, где-то в Городе Двойной Спирали…

— Неужто Мулы не могут тебе хотя бы спальник в клановом доме предоставить? — донеслось насмешливое от входа.

Лекс даже не стал оборачиваться: за неполный большой цикл он уже вдоволь наслушался и комплиментов, и подколок, и даже скрытых угроз. Впрочем, справедливости ради, угроз особо-то и не было, все-таки самые тупые отсеялись на первом-втором уровнях. Лести и искренних слов поддержки тоже было немного — пережитое лишило большинство слуг Хаоса любых иллюзий о возможности дружбы. Быть может, потом, когда воля судьбы разнесет их далеко по разным ступеням на лестнице силы… Элекзару до сих пор снились кошмары, в которых он сражался в выпускном бою Школы испытаний с безумно понравившейся ему сокурсницей. К счастью, это были всего лишь кошмары. После учебы хаосит позволил себе небольшую слабость: узнал, что Аля успешно прошла выпускной поединок — и на этом окончательно запретил себе вспоминать тех, с кем, возможно, придется сойтись на Арене…