Планета предателей

Человек выбрался из хорошо замаскированного схрона, куда был поднят с пиратской подземной базы воздушным лифтом и оказался среди непроходимых джунглей. Тут же появилось отчетливое ощущение, что за ним кто-то пристально наблюдает. Покалывание в затылке, подозрительное отсутствие какого-либо движения вокруг и слишком безмятежная тишина послужили сигналом для его настороженных чувств. Этот человек побывал уже в стольких передрягах, столько раз оказывался на грани жизни и смерти, что просто не мог не заметить ощущения скрытой угрозы в окружавшей его абсолютной тишине.

Несколько мгновений он стоял расслабившись. Точнее, его поза производила впечатление расслабленности и небрежности. Но рука все это время оставалась в нескольких сантиметрах от рукоятки станнера, засунутого за ремень. Медленно поворачивая голову из стороны в сторону, человек внимательно огляделся, стараясь отыскать малейшие признаки опасности, возможно поджидавшей его здесь.

Пиратскую базу соорудили, руководствуясь исключительно соображениями целесообразности. Все жизненно важные участки — штаб оперативного и стратегического управления, склады вещевого и продуктового довольствия, линии связи, жилые помещения для командного состава — были упрятаны под стометровой монолитной скалой, которая гарантировала защиту от прямого попадания даже самого тяжелого снаряда, выпущенного из стволов кораблей Имперского Флота. Ближе к поверхности планеты располагались помещения для «рядового состава», а также для многочисленных наемников, которых пираты набирали на разных планетах. На базе было собрано более двадцати тысяч мужчин и женщин, причем все они являлись когда-то узниками самых строгих планетарных и имперских тюрем, а это, в свою очередь, означало, что каждый из них прошел суровую школу выживания в неимоверно тяжелых условиях. Подземные бункеры, которые в несколько колец окружали базу, служили портом для космических кораблей, используемых пиратами в своих набегах, — более пяти сотен судов от небольшого быстроходного разведывательного катера до гигантского крейсера, набитого смертоносным оружием огромной разрушительной силы.

Похоже, что при строительстве не жалели ни средств, ни сил, а ведь даже этому человеку было известно еще о нескольких подобных базах. Кроме того, ни для кого не было секретом, что промысел, связанный с грабежом на звездных трассах, едва ли был настолько прибыльным, что смог обеспечить доход для проведения операций подобного рода. Все это, несомненно, было частью чего-то большего и гораздо более серьезного. Однако, несмотря на все свои усилия, ему до сих пор так и не удалось проникнуть в эту тайну.

Заметить какие-либо следы деятельности человека на поверхности планеты было затруднительно. Шахта лифта, из которой человек не так-давно появился, была замаскирована под толстое дерево, стоявшее на краю поляны. Вокруг росло множество других — настоящих — деревьев. Высоких, с темно-коричневыми ветвями и широкими, зубчатыми по краям листьями, по цвету скорее синими, чем зелеными. Красные плети, свисавшие с верхушек этих деревьев, являли собой специфические вьющиеся растения, которые пираты, наученные горьким опытом недолгого пребывания на этой планете, старались обходить стороной. Лианы выделяли особый сильнодействующий сок, который проникал даже сквозь защитное обмундирование и оставлял на коже красные пятна ожогов, не проходившие неделю, а то и дольше. Птичий мир на этой планете был очень богат — многочисленные его представители порхали между деревьями в своем пестром оперении, оглашая окрестности пронзительными криками. Всевозможные насекомые и небольшие зверьки добавляли в обычную какофонию дикого леса собственное жужжание, щелчки и свист. Буквально все «кричало» о полном порядке в жизни джунглей, лишенных присутствия человека.

Ни одного движения, которое можно было бы считать посторонним, ни звука, который бы он не слышал десятки раз за предыдущие выходы на поверхность. Короче говоря, ни малейшей причины для тревоги или подозрений. И все-таки что-то было не так.

Более минуты человек стоял и пристально всматривался в непроходимые дебри, прежде чем решился наконец сделать первый шаг. Он был непоколебимым приверженцем мысли о полезности паранойи для самосохранения любого индивидуума. А потому взял себе за правило: если ты чего-то не видишь, это вовсе не означает, что этого нет где-нибудь поблизости. Уже два года он жил в условиях постоянной угрозы разоблачения и немедленной смерти и за это время его интуиция здорово обострилась. Человек двигался очень медленно, проверяя каждый свой шаг и постоянно озираясь вокруг, его слух готов был уловить любой самый тихий звук, который мог бы представлять для него угрозу. Одна рука постоянно лежала на том боку, где за ремнем находился станнер.