Планета дождей

Начинался очередной день в бесконечной череде дней практически не отличимых друг от друга. Василий (так зовут нашего героя) встал как обычно в 6-00 местного времени и подошёл к окну. По крыше его жилища, устроенного по большому везению в пластиковой бочке-цистерне, которая лежала на боку, как обычно барабанил дождь. На планете 14-2055 он шёл, практически, не прекращаясь по 10 месяцев в году. В оставшиеся два месяца бушевали жуткие пылевые штормы, сильно затрудняющие перемещение по поверхности планеты. И местное скромное население предпочитало отсиживаться по домам все эти два месяца строя планы на предстоящие десять месяцев и, коротая время, общались с компом и людьми в локальном планетарном интернете. Межпланетарного интернета планета 14-2055 лишилась в тот же день, когда лишилось работы практически всё население планеты. А работало всё население на заводах по добыче и переработке руды. Из руды добывался минерал (название которого автор не помнит :)), затем этот минерал грузился в контейнеры и отправлялся на предприятия для дальнейшего использования. Эти предприятия были расположены на других планетах, довольно далеко от планеты 14-2055.Через двадцать лет после открытия заводов по переработке на планете 14-2055 , было открыто новое месторождение добываемого минерала на другой планете, которая была ближе к местам сбыта минерала. А ближе – значит дешевле. И заводы на планете 14-2055 закрылись, когда заработали заводы по переработки на более перспективной планете. Народ начал разъезжаться кто куда. Те, кто работали вахтовым методом, поехали на новые места. Работники, которые жили на планете 14-2055 круглогодично, также стали переезжать на новые месторождения, где была работа. Но ехали они туда по приглашениям и уже в служебное жильё, оставляя всё нажитое на планете 14-2055. Билет на транспортный корабль стоил дорого, а перевозка нажитого в разы дороже всего нажитого. Так что на планете стали образовываться посёлки – призраки, в которых практически никто не проживал. В процентом отношении в течении года планету 14-2055 покинуло 70% населения. Оставшиеся 30% населения были люди, которые не получили приглашения. Процентов десять уехало к родным и близким. Оставшимся 20% было просто некуда ехать, да и уже не на что. С отъездом основной части населения цены в местных лавках взлетели в разы, так как перелёты перестали субсидироваться работодателем, а большая часть лавок закрылась. Оставшаяся небольшая часть населения проводила митинги и записывала коллективные обращения к властям с просьбой помочь им в сложившейся обстановке, но пока помощи не было. Деньги, полученные в связи с сокращением, закончились быстро, и многим уже не хватило на билет отсюда. Василий же входил в группу тех, кому совсем не повезло. Он приехал на планету 14-2055 самостоятельно и заключил контракт на пять лет. Проработал полгода и всё закрылось. И ему по условию контракта выплатили только половину того, что получили те, кто работал год и более.

Теперь вернёмся к Василию. Как было сказано ранее, он стоял у окна своего жилища и неподвижно смотрел на моросящий дождь на улице. О чем он думал? О своей жизни конечно. Он вспоминал, как примерно полтора года назад уезжал от мамы, со словами: «Мама, через пять лет я вернусь с деньгами и тогда заживём». Но, как говорится, что-то пошло не так. И денег теперь не хватало даже на обратный путь. Почему он жил в бочке? Ещё за год до приезда Васи на планету 14-2055 всех вновь прибывающих рабочих стали селить не в комфортабельные типовые домики, напоминающие бытовки, а в пустые пластиковые бочки от питьевой воды. Бочку клали на бок, врезали пластиковое окно и устанавливали пластиковую дверь. Внутри делали пол и получалось помещение размером примерно три на шесть метров, в два раза меньше типового домика. Видимо уже тогда большое начальство решило прикрывать добычу на планете 14-2055 и экономило на всём.

Вы спросите, в чем же везение от жизни в бочке? А ответ в дожде. Он был кислотным, серьёзно кислотным. Кислота разъедала металл. И все комфортабельные домики, каркас которых состоял из металлических панелей с утеплителем, нещадно ржавели. Их каждый год перед сезоном ветров красили стойкой к кислоте краской, конечно за счёт предприятия. А кислота в дожде появилась из-за выбросов в атмосферу реагентов, которые требовались для извлечения минералов из добываемой руды. И за двадцать лет работы в атмосферу было выброшено столько диоксида серы и прочей химии, что под дождём было просто опасно находиться и вдыхать влажный воздух. А бочка у Василия была пластиковой, стойкой к воздействию химии, не требующей ежегодного обслуживания.

Ржавчина стала главной проблемой планеты после закрытия предприятий. Все конструкции из металла, оставленные без присмотра, за полтора года проржавели так, будто прошло 20 лет. Технику, оставленную под открытым небом, нельзя было использовать без серьёзного ремонта, а в некоторых случаях вообще невозможно.