Писатели, пишите!

Скрипнула дверь. Олег нажал комбинацию клавиш, сворачивая все окна, потом щелкнул мышкой, открывая «Цивилизацию». Щелкнул еще раз.

— Бум-м-м! — гулко отозвались пушечным залпом колонки.

Сзади нависла тень. Олег свернул «Циву», щелкнул мышью и открыл старенькие «Меч и магия». Снял с паузы и врезал «звездным дождем» по зеленым драконам.

— Ш-ш-шах-х-х! — влупило яркими искрами по крылатым.

Тень не уходила. Олег поставил на паузу, свернул окно «М&М» и включился в разгадывание квеста в нереально красивом мире «Myst». Он помнил, что игра, в принципе, проходима. Но тут можно было и не рваться никуда, не отгадывать ничего, а просто рассматривать окружающее, прорисованное до нереальной четкости. Вот бабочка села на тропинку. Можно нагнуться и посмотреть на рисунок на крыльях. Справа розовеет восход над бескрайним океаном. Слева — какие-то чугунные конструкции в заклепках. Видна ржавчина там, где никто годами не касался металла. Шумит ветер, скрипят какие-то насекомые в зарослях. Яркие тропические птицы летают над головой.

Олег прислушался. За спиной дышали. Что еще надо? Ну? Он повернулся в своем крутящемся кресле и спросил:

— Ну? Чего за спиной стоим?

— Ты играешь?

— Играю — видишь же!

Он повернулся к экрану и опять по очереди бухнул из пушки, атакуя город, махнул свитком с заклинаниями, нажал несколько кнопок с иероглифами на чугунной двери.

— Вот, играю.

— Но это же, я смотрю, всё старые игры? А почему ты не играешь в новые?

Почему, почему… Потому что в новых играх нет пошагового режима! И на паузу не поставить. Все слишком реально — оторваться невозможно. Но как это объяснишь? Что значит — оторваться? Зачем — оторваться?

— Ну, понимаешь, это мои любимые игры. Вот есть просто новые и хорошие, а есть — любимые, понимаешь?

— Не понимаю. Мы с отцом тратим такие деньги. Покупаем тебе самое новое. Самое лучшее. И компьютер у тебя специальный — игровой. А ты играешь в какое-то старье? Да еще в три игры одновременно? Не верю! Ты опять начинаешь? Опять?

— Что я начинаю? — недовольно пробурчал Олег. — Ну, что?

— А вот, что!

Над плечом мелькнула рука матери, она умело ткнула мышкой в вордовский ярлык, развернувший документ на весь широкоформатный экран.

— Вот! Я так и думала! Ты опять за старое?

Олег понурился, вжал голову в плечи. Сейчас начнется…

— Мы с отцом с таким трудом оторвали тебя от этой гадости. Мы сил не жалеем, работаем, даже на пенсии, не покладая рук, чтобы обеспечить тебя всем самым новым, передовым. Мы с отцом готовы на все. Даже сериалы покупать в подарочном исполнении. Даже антологии кино. А ты — опять за свое?

— Ну, ма-ам… Это же просто маленькая сказка… Я обещал…

— Ты и нам с отцом обещал! Говорил — всё. А сам? Нет, придется все-таки вызывать специалиста. Они, говорят, кроме игр и кино знают и другие очень эффективные способы излечения от этой позорной болезни. Логорея… Графомания… Фу, сын! Стыдись! Тебе уже пятьдесят!

Читатель уже полчаса бродил по узким проходам между туго набитыми блестящими новыми книгами книжными полками. Он морщился, всматриваясь в обложки. Доставал сверху некоторые книги, взвешивал на ладони, смотрел на ценник, листал. Обычно первые абзацы позволяли ему, опытному в своем деле, определить — стоит ли читать дальше. Время шло. Камера под потолком тихонько жужжала, сопровождая его движение запутанным маршрутом от входа к выходу.

— Н-да… И что тут читать? — вздыхал он громко и напоказ. Разводил руками, чесал в затылке, морщил лоб, хмыкал недовольно, плевал через плечо, увидев некоторые фамилии, удивленно вздергивал брови при виде других — как, и этот уже стал писателем? Ну-ну…

— Вам чем-то помочь? — выглянула из-за угла симпатичная девушка в форменном платье с надписью на бэджике «Продавец-консультант».

— Помочь? — удивился читатель. — Вы — мне? И чем же вы можете мне помочь?

— Что бы вы хотели купить?

— Я хочу фантастику, понимаете? Хорошую фантастику. И чтобы с героями. И переживания чтобы всякие, и любовь и дружба, и приключения. И оригинально чтобы. И — новое.

— Вот, — ловко выхватила она книжку в черном с оранжевым тиснением переплете. — И фантастика, и совсем новое…

Читатель с показным удивлением взглянул на обложку, перевел взгляд на девушку:

— Это — новое? Это я прочитал еще в черновиках…

— А вот такое тогда? — теперь обложка была тускло зеленая с золотом.

— Но это же прошлогодний роман!

— А-а-а…, — задумалась на миг девушка, а потом рванулась к витрине перед прилавком. — Вот же! Самое покупное и самое-самое новое!

— Девушка! Я читатель. Понимаете? Чи-та-тель! Эту книгу я читал еще десять лет назад. А то, что ее оформили по-новому и вставили иллюстрации с кадрами из модного кинофильма, не сделало ее новой.

— Извините, я сейчас, — пискнула она и куда-то убежала.