Пиромант. Том 4

Илидель взмахнула руками и пламя моей «плети» раздулось, увеличив её примерно вдвое по длине. Благодаря этому взрощенные учителем Элерисом через дендро мишени опалились. Я влил ещё немного маны и они вспыхнули ярче, но и девушка не осталась в стороне: опять пассы верхними конечностями и огонь взмылся столбом вверх.

Пара минут и от трёх «манекенов» ничего не осталось. Стоило признаться, что движения её завораживали и больше походили на танец, чем на банальную помощь в концентрации.

Стоящий сбоку в стороне от нас мастер электро довольно улыбался и кивал головой, а вот Миримор Кетаран ободряюще похлопал в ладоши. Фай чуть ли не подпрыгивала от восторга, мастер Арвандор же имел каменное лицо. Хотя, от такого холодного дядьки иного и не ожидал. Вообще странно, что он не крио юзает как основную стихию.

— Дэль, ты прекрасно справляешься с поддержкой пиро стихии его высочества, — похвалил лорд Кетаран свою дочь, отчего та опустила голову, смущаясь и не в силах скрыть радостную улыбку.

Поначалу мне не нравилась идея тренироваться с невестой: зачем её анемо, когда своё есть? Я привык работать один. Даже если выполнял что-то в составе команды, то всё равно оставался одиночкой. Зачем доверять кому-то, впадать в зависимость, если можно справиться самому?

Конечно, переключаться между стихиями сложно, это выматывает морально, ведь к каждой свой подход и субъективные ощущения. Но задержка в несколько секунд между стихиями гораздо лучше, чем надеяться на помощь кого-то ещё. А если что-то случится? Стихийник ведь тогда значительно потеряет в своей мощи, и это не говоря о неудобствах и панике в сложившихся экстренных обстоятельствах.

И всё же я отпустил ситуацию и отнёсся к тренировкам как к новому опыту. Пусть поначалу пришлось потратить время на синхронизацию, что раздражало, затем получил удовольствие от процесса. Отвечать за один аспект магии гораздо проще, не нужно напрягаться, а эффект такой же сильный. Но, разумеется, это вовсе не значило, что теперь собирался полагаться на поддержку компаньона.

С Дэль, как называл её отец, за короткое время совместного путешествия мы перешли на «ты». Я не чувствовал себя неуютно рядом с ней, но и говорить нам по сути было не о чем. Она рассказала о себе, укрепив образ наивной и избалованной роскошью девушки. Мне же поведать было нечего по понятным причинам, да она и не спрашивала. Возможно, сама надумала себе ужасов о плене и не хотела знать подробности. К слову, невеста начала звать меня Миром, что на местном наречии не имело подтекста.

С Илидель было легко, добрая девочка и ребёнок по сути. С ней мои страхи и прошлое иного мира будто испарялись, оставляя простого парня. Но это не значит, что испытывал романтические чувства. Дэль так непохожа на Алиат или других моих женщин здесь, что наши отношения продолжали быть лишь дружеской игрой.

Как я и предполагал, отец отправил два поддерживающих отряда гвардейцев. Выглядело это так, будто они должны были обеспечивать мой статус как принца Амрота. Иначе зачем выставлять напоказ символику принадлежности к Даэрин? Вышивка на их халатах выглядела на грани городского наряда, нежели походного. А ведь у них была одежда в том числе и официальная! Собственно, как и у меня с Этрианом, чему тот был почему-то рад. Мэйн же как всегда в нейтральном наряде — белая ворона среди нас, даже если не считать его снуд и капюшон.

Сложно было не заметить настороженность совершенно всех по отношению к парню с маской. Его демонстративно избегали, что было не сложно, так как Мэйн и сам предпочитал держаться в стороне. Лишь я общался с ним с улыбкой на лице, да Этриан. Пусть ксилтарец и выказывал своё «фи», воспринималось это как-то по доброму, дружеским подколом. Только мы вдвоём могли прикоснуться к нему, как и он к нам, а ведь в местной культуре вшита тактильность.

— Ты его совсем не боишься? — спросила меня как-то Дэль. Мы в это время находились верхом на лошадях, а Мэйна вообще не было видно, так как ушёл далеко вперёд.

— Кого? — не сразу понял я, лишь секундой позже пришло осознание. — Мэйналивейна что ли? — она кивнула. — С чего мне бояться собственного слугу, которого сам себе выпросил у брата?

Я тихо засмеялся.

— Говорят, у него обезображено лицо, — приглушила она голос. Смотрела на меня так, будто сообщает величайшую тайну, что вызвало у меня ещё один небольшой приступ смеха. — Прекрати, я ведь серьёзно! — почти обиделась она.

— Вообще-то, — я огляделся по сторонам, после чего наклонился к девушке и продолжил громким шёпотом, — я видел его лицо.

— Правда⁈ — глаза её округлились, она так же склонилась ближе ко мне. — И какое оно?

Выдержав драматическую паузу, ответил:

— Он ужасный красавец.

— Что? — заморгала она.

— Он очень красивый, никаких уродств я там не увидел. Думаю, он прячет лицо для того, чтобы не завидовали сослуживцы и женщины не осаждали. Только тс! — прижал я палец к губам. — Это тайна!

— Я никому не расскажу, — Дэль усердно закивала.