Пещерная тактика

Я был везунчиком.

Мне случилось не по своей воле попасть в мир Маэра и всё же вернуться в свой. Это было везение.

Маэра наполнена магией. Я оказался там, будучи совершенно чужд и даже враждебен всяким проявлениям магии: моя особа начисто затирала все магополя во всех магических предметах и даже в людях-магах. Меня так и прозвали – негатор. И всё же я выжил в магическом мире. Полагаю, что и в этом мне повезло.

При переносе в чужой мир тот, кто это сделал, позволил использовать то, что во мне и так было, но о чём я не подозревал: все способности, какие присущи человеку. Сюда вошли и умение переходить в боевой транс, и излечение от близорукости, и, главное, абсолютная память, которая обычно пробуждается лишь под гипнозом. Безусловно, мне повезло.

В мире, где правят маги, человеку без магических способностей пробиться наверх весьма трудно. Но я это сделал: сначала обзавёлся своей командой, потом научился быть полезным всем (и магам в том числе), начал развивать технологию, связанную с магией. В результате и здесь мне повезло.

В этом мире материк, эквивалентный земной Северной Америке, так и остался безлюдным. Я смог организовать его заселение, используя лишь подчинённые мне ресурсы. Магическая верхушка попыталась мне воспрепятствовать, но от неё удалось отбиться с помощью верных товарищей и магического оружия, которое удалось сконструировать и изготовить. И здесь сказалось везение.

И уж совсем грандиозная удача сопутствовала мне в части команды. Я смог привлечь в неё магов, и не простых. К нам присоединилась Моана-ра, ставшая при моём скромном содействии лучшим магом жизни. Со мной вместе трудился Сарат-ир, маг-универсал, редчайшее исключение из правил: с такой непроходной специализацией он получил ранг доктора магии. И другие были. Все они учились у меня, а я, хоть и не был магом, учился у них. Люди без магических способностей тоже влились в мою команду. Мы работали вместе – и добились успеха.

Но всё рано или поздно кончается.

Я вернулся в свой мир в ту же секунду, когда был изъят из него. Почти всё, с чем я отбыл, мне и вернули (одежда, ключи, кошелёк и часы не в счёт). Получил обратно плохое зрение и имевшиеся до переноса шрамы. Сохранилась лишь изумительная память. В благотворительность не верилось. Осталось лишь полагать, что этот дар – всего лишь аванс за некую предстоящую работу. И этот аванс я стал отрабатывать заранее: по два часа в день (а по субботам-воскресеньям и того больше) торчал в Интернете, читая учебники, монографии, руководства; впитывая любую информацию, которая могла бы помочь в чужом мире, куда меня, похоже, выпихнут.

Пожалуй, единственной совпадающей деталью был накрывший меня купол. Он же был и первым впечатлением. И снова поймали в безлюдном месте. Сразу же в голове мелькнуло: «Как тогда!» И это оказалось неправильной мыслью.

Для начала, я сам был экипирован иначе. В момент накрытия при мне были не только часы, очки, кошелёк и ключи – в карманах также покоились сотовый телефон и перочинный ножик. Но оснований гордиться столь адекватным снаряжением попаданца у меня не было. Ибо попал я, похоже, совсем не туда, где был раньше.

Вторым впечатлением оказался почти полный отказ всех пяти чувств. По крайней мере, вместо отчётливого зрения (при очках) или не особо отчётливого вдаль и превосходного вблизи (без очков) не осталось почти ничего. Были лишь смутные предметы. Некоторые двигались, иные сохраняли неподвижность, но опознать их я не мог. Шум в ушах присутствовал, но выделить из него хоть что-то осмысленное не удавалось. Запахи… пожалуй, один был привычным. Пахло дымом. Все остальные не распознавались. Чувство вкуса, наверное, имелось, но проверить наличие такового было нельзя за отсутствием еды. Кстати, чувство голода наличествовало. Даже осязание пустить в ход не удалось, поскольку не получалось справиться с телом. Оно не слушалось. Или слушалось, но не меня. Впрочем, одно было почему-то ясно: я не на Земле.

В мозгу царила основательная паника. Хотя я перебирал все возможные и невозможные варианты, однако выхода не просматривалось. Сохранялось лишь ощущение, что я какой-то вариант упустил или недоглядел – вроде анализа сложного эндшпиля с полным преимуществом соперника, когда поглядываешь на часы и терзаешь мозг в поисках этюдной ничьей. Мучило ощущение неправильности в собственной голове – и никак не удавалось обнаружить, что же именно в мыслях пошло поперёк.

Пока я думал, одна из теней наклонилась ко мне, и в рот полилась струя еды. Стоп! Откуда я знаю, что это еда? Ни запах, ни вкус я сам припомнить не мог. И всё же знал, что это съедобно и вкусно. «Откуда?» – неправильно спрошено, а корректный вопрос: «От кого?»