Перевернутая луна

Туман сгустился над городом.

Верхушки кондоминиумов утонули в неоновой мгле. Асфальт влажно поблескивал, в нем отражались искаженные витрины бутиков и цепочки сросшихся в бесконечные линии фонарей. По проспекту с шорохом проносились машины.

Прохожие спешили домой.

Час послезакатья.

Опасное время.

Из подземного перехода вышел человек в полупрозрачном дождевике. Молодой парень с короткой стрижкой. Неприметный, худой, сосредоточенный. Вышел, осмотрелся и уверенно зашагал сквозь ночь мимо билборда, на котором аппетитные девушки рекламировали осеннюю коллекцию модного дизайнера. Модели очаровательно улыбались, демонстрировали массивные ботинки на толстой подошве и кутались в бежевые свитера.

У автобусной остановки парень расстегнул дождевик. Поднял голову, всматриваясь в провал уличного каньона.

Вниз спикировало аэротакси.

Четыре голубых кольца, плазменная вставка с шашечками. Голограмма с тремя единицами, похожими на топоры.

Машина опустилась до уровня тротуара — почти бесшумная, разве что турбоприводы издавали мерное гудение на пределе слышимости. Зазор между кольцами и мостовой составлял не больше десяти сантиметров. В обтекаемом желтом корпусе поселились неоновые всполохи.

Дверца отъехала вверх.

Из салона пахнуло теплом.

Прохожий влез на переднее сиденье и кивнул водителю — широкоплечему бородачу в расстегнутом шерстяном кардигане. Дверь встала на место. Бородач покосился на пассажира:

— Куда летим?

— Бар «Диаблеро». Это…

— Я знаю, — перебил таксист. И отметил нужную точку в сенсорном навигаторе. Лицо бородача неуловимо изменилось — маршрут его не радовал.

Такси взмыло над мостовой, набрало высоту и повернуло на юг — туда где простирались пригороды.

Пасть мегаполиса пожрала добычу.

В мутном полумраке фонари казались волшебными лампами, бросающими вызов послезакатью. Ситилайты расплывались прямоугольными пятнами по стеклу. Исполинские жилые корпуса плели сложную вязь многоклеточных узоров, утопающих в белесой дымке.

— Дрянная погода, — пожаловался таксист.

— У вас же навигатор.

— Я не про то.

— Оборотней боитесь? — догадался пассажир.

Бородач кивнул.

Сухо добавил:

— Вас отвезу — и конец смены.

Помолчали.

Человек задумчиво смотрел на проносящиеся мимо кварталы. В срезе, из которого он пришел, дождь окутал старые дома несмолкаемым шорохом. Птицы с облаками разлетались в лужах.

— Разве их не сдерживает Пояс? — нарушил тишину пассажир.

Бородач непонимающе уставился на клиента.

— Перевертов, — пояснил свою мысль парень в дождевике. — Это же Столп, или я не прав?

— Всё так, — вздохнул таксист, — но оборотни с недавних пор просачиваются и на наши территории. Никто не знает — почему.

Пассажир нахмурился.

Мимо проплывали урбанистические ландшафты Тенокса, одного из крупнейших агломератов Столпа.

— Откуда приехали? — таксиста явно тянуло на разговор.

— Из другого слоя.

— В самом деле?

— Точно, — усмехнулся пассажир. — Там дождь идет.

Водитель с понимающим видом кивнул.

— А что в Теноксе забыли?

— Встретиться надо кое с кем.

— Давай на «ты», — неожиданно предложил таксист.

— Без проблем.

— Так вот, — как ни в чем не бывало продолжил бородач, — погода сегодня дрянная, а почему? Оборотни любят туман. Висят на балконах мордой вниз, а их и не видно совсем. Забираются высоко, подонки. На таксистов нападают.

— Серьезно?

— Вот мы сейчас по Академической с тобой летим. Посмотри, как дома прижались друг к дружке. Одна полоса, разойтись только по вертикали.

— Тут метров пять ширины, — согласился пассажир.

— Четыре.

— И что?

— Перепрыгивают. Со стены на стену. И могут на машину упасть, пробить крышу. Мощные, суки.

Гость из иного среза не ответил. Он знал, куда идет. И подготовился к любым неожиданностям. Частично оккупированные слои — большая редкость. Переверты вторгаются и начинают повально инициировать всех подряд. В итоге мир перестает быть человеческим. В зависимости от сопротивления коренных обитателей на экспансию могут уйти месяцы или годы. В конечном итоге, если не приходит на помощь профсоюз, люди вымирают.

Столп держится несколько веков.

Благодаря Поясу.

— Автопилота нет? — поинтересовался пассажир.

— Есть, — нехотя ответил таксист, ловко орудуя джойстиками. — Только я не пользуюсь.

— А чего так?

Улица напоминала расщелину в скалах. Морось и мгла скрадывали очертания, но оконной подсветки хватало, чтобы рассмотреть выдвинутые в пропасть лоджии, террасы, зарешеченные эркеры, вогнутые линзы спутниковых тарелок и растянутые между домами тросики для сушки белья. Местные жители пропускали тросы через блочную систему, что облегчало процесс развешивания. Таксист, ругаясь вполголоса, лавировал среди этого хаоса, уклоняясь от одеял, простыней, наволочек и детской одежды. Пассажир восхитился мастерством водителя — он сам непременно врезался бы в один из балкончиков или нацепил выцветшие шмотки на передний бампер.

— Спутники глючат, — пояснил таксист. — А у меня всё по геолокации. Не знаю, что там. В новостях писали про ДДОС-атаку.

— Поднимись выше.

Водила покачал головой.