Перекресток

1855 год, Северная Италия

Солнце уже начало клониться к закату, окрашивая верхушки Альп в золотисто-розовый цвет, когда Фердинанд решил, наконец, завершить свою традиционную прогулку в город и вернуться домой. Вернее, в ту небольшую хижину у подножья гор, которая служила ему домом последние восемьдесят лет.

Фердинанд неспешно двигался к выходу из города, окидывая благостным прощальным взглядом окружающие его маленькие симпатичные домики, ухоженные улочки и дворики. Ему нравился этот маленький дружелюбный городок, расположившийся в одной из Альпийских долин, у живописного озера с прозрачной, как зеркало, водой, и он не переставал радоваться тому, что на склоне своих лет решил поселиться именно здесь, в надежде найти уединение и спокойствие.

Люди в городке также отличались добродушием и открытостью, и Фердинанд быстро завоевал у них доверие и уважение, представив себя, как знахаря и целителя. Его устраивала выбранная роль, с одной стороны позволяющая людям полностью раскрыться перед ним, с другой же — держать их от себя на допустимом расстоянии и не вызывать у них ненужные вопросы и догадки.

На самой окраине города Фердинанду встретилась компания веселящейся молодежи. Парни и девушки собрались в круг, внутри которого под аккомпанемент гитары танцевала миловидная блондинка Лаура, юная дочка местного начальника полиции. Она грациозно двигалась по кругу, весело смеясь, а остальные хлопали в такт заводной музыке. Молодые люди были настолько увлечены ее танцем, что никто не обратил внимания на проходившего мимо старца. Фердинанд, глядя на них, усмехнулся, погладил свою седую бороду и вышел за городские ворота.

Юношу, с угрюмым видом сидящего на самом берегу озера, Фердинанд заметил еще издалека и решил немного свернуть со своего пути, чтобы подойти к нему. Джакомо Агостини, семнадцатилетний внук аптекаря, лишь на мгновение повернул голову в сторону старца, а после, нахмурившись еще больше, снова отвернулся.

Фердинанд подошел ближе и посмотрел на парня Другим взглядом. Так и есть, все его предыдущие предположения подтверждались и сейчас. Юноша однозначно обладал Силой. И судя по сиреневато-малиновым всполохам ауры, его Первичный дар — сенситивный. Ему суждено управлять тонкими материями и чувствами других людей. Только, вопрос — какими? Это решится во время его Инициации, которая, похоже, должна произойти совсем скоро…

— Здравствуй, Джакомо, — мягко проговорил Фердинанд.