Перекрестки судьбы

H. Beam Piper, Crossroads of Destiny, Fantastic Universe, July 1959

Перевод Михаила Максакова, сетевой литературный журнал «Млечный Путь», выпуск № 46

Та однодолларовая банкнота все еще у меня. Она лежит в моей банковской ячейке и, как я полагаю, останется там навсегда. Мне просто не хочется ее уничтожать, хотя вряд ли я позволю кому-нибудь взглянуть на нее, и, уж конечно, я никогда не покажу ее в колледже, особенно моим коллегам по кафедре истории. Даже просто рассказать об этом – значит покрыть себя несмываемым позором и прослыть свихнувшимся чудаком… Впрочем, к чудакам, даже в колледжах, зачастую относятся терпимо. Но если они норовят предъявить материальные свидетельства своей правоты, им грозит возмущенное отторжение.

Когда я зашел в вагон-ресторан, чтобы выпить стаканчик на сон грядущий, то увидел там группу из пяти человек.

Один из них, армейский офицер, носил знаки различия полковника военной разведки. Рядом с ним сидел мужчина примерно моих лет с угловатым, как у шотландца, лицом и светлыми, песочного цвета волосами, он держал обеими руками хайбол и внимательно его разглядывал. По другую сторону прохода курил сигару над стаканом портвейна пожилой человек, похожий на юриста или банкира, а около него пристроился лощеный толстяк с высоким бокалом чего бесцветного, видимо, джина с тоником. Пятый человек, отделенный от толстяка свободным стулом, похоже, одновременно делал два дела читал лежавшую на коленях книгу и прислушивался к разговору.

Я уселся радом с человеком с песочными волосами. Когда я позвонил, вызывая официанта, полковник как раз говорил

– Нет, это не подойдет. Можно придумать что-нибудь получше. Предположим, Колумб получил бы корабли от Генриха Седьмого и отплыл под английским флагом вместо испанского. Сами же знаете, что он сначала пытался заручиться поддержкой в Англии и только потом обратился к испанцам, потому что Генрих ему отказал. Это можно изменить.

Я навострил уши. В истории Америки я как раз специализируюсь на периоде с 1492 года до Революции и поэтому сразу понял, какие грандиозные изменения могли бы в этом случае произойти. Чуть погодя я сообразил, что полковник высказал свою идею весьма странным образом. Но тут в разговор вступил толстяк

– Да, пожалуй, это сработает, – согласился он. – Свои решения все эти короли чаще всего принимали, мучаясь с похмелья, или по подсказке очередного фаворита... – Он вынул ручку и блокнот и что-то торопливо записал. – Я передам это разработчикам, когда вернусь в Нью-Йорк. Это точно был Генрих Седьмой Не Восьмой Ладно. Мы устроим так, что Колумб застанет его в отличном настроении.

Это было уже чересчур. Я повернулся к песочноволосому.

– Что происходит – поинтересовался я. – Кто-то изобрел машину времени

Он отвлекся от созерцания напитка и ухмыльнулся.

– Похоже на то, верно Да нет, просто наш приятель делает телепрограмму. Расскажите джентльмену об этом, – посоветовал он толстяку.

Тут появился официант. Толстяк-телевизионщик, которого, кажется, все время надо было подхлестывать, подождал, пока я закажу выпивку, а потом начал рассказывать, какой сенсационной может стать такая передача.

– Мы назовем ее «Перекрестки судьбы», – пояснил он. – Это будет сериал, одна получасовая передача в неделю. Каждый эпизод посвящен какому-то историческому событию и показывает, как может измениться история, если что-то случится иначе, чем было. Мы инсценируем событие так, как оно произошло в реальности, а затем голос комментатора сообщает, что существуют «Перекрестки судьбы». То есть моменты, когда история могла бы пойти по совершенно другому пути. Дальше он коротко повторяет, как все случилось на самом деле, а потом говорит «Предположим, что то-то и то-то было сделано так-то и так-то, вместо того-то и того-то». И мы включаем новую инсценировку указанного события, но уже так, как оно могло бы произойти. Как, например, с Колумбом. Мы покажем, что случилось бы и чем бы все закончилось, если бы Колумб вступил на берег с мечом в одной руке и знаменем в другой, как на известной картине, но знамя у него было бы английское и Колумб воскликнул бы «Я вступаю во владение этими новыми землями именем Его Величества Генриха Седьмого Английского!» – Он грозно потряс своим стаканом, отчего сидящий с ним рядом пожилой человек заметно вздрогнул. – А потом все моряки поют «Боже, храни короля…»

– Что было написано только в тысяча семьсот сорок пятом году, – не удержался я от замечания.