Переформирование

Молодая девушка и парень лет двадцати сидели на небольшом пригорке, покрытой изумрудной травой и смотрели на очень старый двухэтажный особняк

— Думаешь он справиться? — вопросительно взглянула она в глаза парня.

— Спрашиваешь! — даже возмутился тот- знаешь как сложно было сделать так, чтобы он не убился?

— Манипулятор! — звонкими колокольчиками рассмеялась девушка и доверчиво легла на колени своему… Кем они были друг для друга? Может парой? Неизвестно. Кем бы ни были, но мужская ладонь с любовью и трепетом провела по золотистым волосам…

— У тебя грим к коже пристал- ноготь легонько снял кусочек силикона с нежной девичьей щеки

— До сих пор мурашки ходят, как вспомню, что его носила!

— Ну ничего ничего! Теперь его черед. Хочешь на море махнем? Позагораем?

— Конечно! Идем…

*****

Волны тошноты подкатывали к горлу. Чувствовалось, что если эта волна выйдет наружу, то станет легче. Но организм скотский- что взял, обратно не отдаст. Тело ломило и казалось, что оно словно побывало в камнедробилке. А до этого некто большой проглотил, пожевал и выплюнул.

Веки, словно ворота огромного ангара весили под тонну и не хотели открываться. С трудом, но получилось разлепить один глаз и не увидеть ничего кроме яркого света.

"Я в раю?" — промелькнуло молнией в голове.

— Оооааа пприоооииит в сеееебяяя- донеслось до меня словно через рулон ваты — каааак сеееееяяяя чууууусссстттууууеееешшшшь?

— Хуууеееааа- смогли шевельнуться мои губы

— Хорошо? — резкость вроде немного настроилась- Анастасия! Ты понимаешь меня?

"Анастасия? Так меня зовут? Женское имя. Значит… Я девушка?" разум согласно кивнул, выбрасывая из глубин памяти отражение в зеркале маленькой голубоглазой девочки. "Все правильно. Но вроде же не Настей звали? А как?" В ответ пустота…

В светлой комнате, на кровати лежал подросток лет четырнадцати. До невозможности бледная, с жидкими светло-русыми волосами. Они разметались по подушке создавая не очень приглядную картину.

Благообразный немолодой мужчина в белом халате приподнял веки, и посветил фонариком, наблюдая за реакцией зрачков, удовлетворенно кивая сверкающей лысиной. Рядом с ним стояла женщина лет сорока. Гордая осанка и высоко поднятый подбородок не оставляли сомнений- она привыкла править. Платиновые волосы уложенные в сложную прическу подчеркивали ярко выраженную аристократичность. Черная юбка карандаш и приталенный пиджак с белой блузкой завершали картину строгой леди. Внезапно в комнату забежал другой человек- мужчина средних лет, так же в костюме.

— Дамп рассыпался! В пыль! Что делать Виктория Константиновна?

— Как в пыль? — растерялась женщина, но через секунду собралась и обратилась к врачу — Юрий Павлович, ее слабоумие, что с ним?

— Реакция на речь в норме. Отклики есть. Но нужно еще понаблюдать

— С паршивой овцы хоть шерсти клок- вздохнула женщина- может хоть замуж сможем пристроить.

— А с кристаллом что? Что с набором будет? — не унимался секретарь.

— Не паникуй. Я подумаю- Виктория Константиновна развернулась на каблуках и вышла из комнаты

— Сколько нужно вести наблюдение? — мужчина обратился к доктору

— Пару дней, не больше- уверенно ответил тот.

— Мы заплатим по тройной расценке. Но чтобы никто не знал, кто ваш пациент.

— Молодой человек! Я вообще-то клятву давал! — вскинулся врач

— Вот и отлично, но деньги лишними не будут. Думаю, нужно обсудить условия вашего пребывания- секретарь взял доктора за плечо и увел из комнаты, оставляя девушку одну.

“Куда эта старая калоша ушла? Мне б поссикать где нибудь в уголочке, спасу нет” подумалось мне и я лихорадочно начала искать варианты. На мое счастье, названный Юрием Павловичем вернулся довольно быстро и углы комнаты вышли из зоны поражения. Мне подали утку. Ну или судно, если по умному, как хотите.

Я осмотрела себя- больше всего пугала бледная, просвечивающая кожа. Казалось, сквозь нее можно разглядеть сосуды и кости. Приподняла край одеяла, открыв вид на намеки груди. Почему-то на этом моменте, мне показалось что-то неправильным. Словно…Так не должно быть.

“Странно” подумалось мне. Ведь для девушки хорошо, когда она есть.

Выбросив такие бредовые мысли прочь подальше, я попробовала напрячь голосовые связки, издавая различные звуки. Давалось тяжело, будто я никогда не говорила, хотя отчетливо помню обратное. Да и все тело ощущалось словно не родное, как-то…. больше что-ли? В голове нет абсолютно никаких ответов, а от вопросов, виски начинают пылать невыносимой болью. Ощущения похожи когда залазишь в огромную железную бочку, изо всех сил хреначишь по стене здоровой колотушкой и аж на задницу садишься от гула. Вот тут так же. “Наверное все забыла” подытожила я и откинулась на подушки. Надо немного отдохнуть и прийти в себя.

Доктор поощрял мои попытки выдавить из себя разные звуки. Как маленькому ребенку говорил:

— Скажи Ааааа! Скажи Бэээээ! Давай Настена будь хорошей девочкой!