Печать Харнабиса (ЛП)

Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.

Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...

Тим Каррэн

" Печать Харнабиса "

Смерть скоро настигнет того,

кто осмелится нарушить покой мёртвого правителя!

Надпись на стене гробницы Тутанхамона.

- 1 -

Это всё произошло давным-давно, холодной осенью 1938-го.

Я тогда дежурил ночами. Патрулировал территорию и вышвыривал из подворотен алкашей и бездомных. Эти улицы принадлежали мне, и я старался держать их в чистоте.

Та ночь была довольно спокойной.

Я спугнул парочку малолетних кретинов, которые ошивались у ювелирного магазина на Западе и, возможно, уже составляли план, как его ограбить. Но я объяснил им, что это большой грех.

И больше ничего серьёзного, не считая парочки семейных скандалов.

Тишина.

Как я и любил.

Если работаешь копом и патрулируешь один и тот же участок уже пятнадцать лет, то не хочется никаких волнений и переживаний. Хочется спокойствия.

А затем начался ливень.

Гремел гром, и яркие ветвистые молнии перечёркивали небосклон, внушая окружающим страх. В одну секунду по всему городу отключилось электричество, и Аркxем погрузился во тьму.

Я добрался до телефона-автомата, но линия не работала.

Мне ничего не оставалось, как спрятаться под крышей одного из подъездов в доме на Колледж-стрит и надеяться, что никто не даст мне повода выбраться из своего убежища и промокнуть ещё сильнее.

Минут через двадцать после отключения электричества мимо меня пронёсся, разбрызгивая лужи, седан и вдруг резко затормозил.

Из машины вылез низенький мужчина в пальто.

- Офицер, - произнёс он, подойдя ближе, и отбросил со лба прядь белых, как снег, волос. - У нас в Мискатонике[1] случай… случай вандализма.

Я заскочил в седан, и мы сорвались с места.

Он объяснил, что не смог дозвониться, потому что из-за отключения электричества не работали телефоны.

Его звали Дэндридж. Доктор Дэндридж, профессор археологии. Он заработался допоздна и по дороге домой заметил, что двери главного входа в «Музей античности» были сорваны с петель. В Мискатонике была собственная служба охраны, но когда дело касалось подобного, нужны были серьёзные силы в виде правоохранительных органов.

Ночь принесла с реки влажный, холодный туман, который окутал кампус белым туманом. Из-за него все старые здания и узкие переулки казались заброшенными и одинокими, как в призрачном городе.

По дороге к музею мы не встретили ни души, что только усиливало создавшееся впечатление.

Ветер завывал, как одинокий волк, шатая деревья и заставляя их царапать чёрными ветвями небосвод. Высокие дома в колониальном стиле по обе стороны дороги напоминали готовые вот-вот упасть могильные плиты.

Мы остановились у «Музея античности» и побежали вверх по парадной лестнице под проливным дождём.

Дэндридж не преувеличивал. Входные двойные двери выглядели так, словно через них прорвался разъярённый буйвол.

Профессор нервничал. Очень.

Теперь, когда электричество отключено, а входные двери снесены с петель, любой посторонний мог войти внутрь и поживиться бесценными реликвиями.

Дэндриджа можно было понять.

Охранник по фамилии Хармс встретил нас на пороге и протянул фонарики. Мы отправились в сторону Отдела Археологии и Зала Египтологии.

Раньше я здесь никогда не был.

В здании было мрачно.

Заострённые потолки поднимались ввысь, и сейчас сквозь них мелькали молнии, изредка освещая нам путь. В углах залегали густые тени. Вдоль стен расположились стеклянные коробы со скелетами и украшениями, глиняные кувшины и богато инкрустированные саркофаги. Собственно, так, наверно, выглядел любой музей.

В свете фонарика Дэндридж быстро осмотрел помещение и, кажется, вздохнул с облегчением.

- Вроде, ничего не пропало и не разбито, - произнёс он. – Сложно сказать наверняка… Даже с включённым электричеством это может занять несколько часов.

Я стоял посреди зала, стараясь не смотреть на выставленные вдоль стен черепа и скелеты.

И вот тогда Дэндридж заметил тот ящик. Он был около двух с половиной метров в длину и чуть больше метра в ширину. Обычный ящик для транспортировки, ничего особенного.

- Откуда это здесь? – произнёс профессор.

Мы с Хармсом переглянулись и пожали плечами.

- Раньше его здесь не было, - настаивал профессор. – Я был тут днём, и ящик отсутствовал.

На ящике было написано краской под трафарет:

«ЕГИПЕТ. ДОЛИНА ЦАРЕЙ»

И больше ничего. Ни штампов с таможни, ни наклеек о ввозе-вывозе.

Ничего.

- Наверно, это один из экспонатов, док, - сказал я. - Доставили с опозданием, вот и не успели разобрать.

Но Дэндридж замотал головой.

- Я же говорю: раньше тут его не было! Кто-то его сюда принёс! Думаю, это тот же человек, который выломал дверь!