Патологический мерзавец

Где-то в Кольском… а точнее, в доме Назара Кольского

Мужчина лежал в кровати, рядом с ним с телефоном в руках исследовала просторы интернета девушка сомнительной профессии, иногда поглядывая с ухмылкой на перепуганную горничную, что стояла напротив и нервно моргала.

– Уволена, – произнес спокойным уверенным голосом брюнет с глазами цвета полуденного неба.

– Но я же ничего…

– Увы, милочка, я могу уволить даже из-за «ничего». Не повезло тебе. Собирай вещи, водитель отвезет тебя на вокзал.

– Назар Андреевич, пожалуйста, у меня…

– Избавь, избавь, – отмахнулся как от назойливой мухи. – Мне ваши дела холопские совершенно неинтересны. Не забудь только расчёт получить. Все, свободна.

И горничная, едва не плача, покинула спальню. Бедняжка ничего плохого не сделала, просто не успела, так как приступила к работе всего-то неделю назад.

– И за что ты её так, дорогой? – подала голос рыжеволосая девица.

– Не твоего ума дело, шлюха, – он поспешил подняться. – Давай, натягивай тряпки и шевели лапками в направлении выхода. Ночь прошла. Кстати, ты была так себе.

На что она поморщилась, но промолчала. Не положено. Да и гонорара лишаться не хотелось, не зря же всю ночь старалась, теперь что ноги, что руки отваливаются, а уж челюсть как ноет.

Через полчаса Назар Кольский спустился на первый этаж, где вдоль просторного холла в ровную шеренгу выстроился персонал. Тут были и повара, и горничные, и садовники, и мастера на все руки. Само собой, первым в шеренге стоял управляющий Федор.

– Доброе утро, господин! – раздалось хором.

– Доброе, доброе, – прошелся мимо, осмотрел каждого. – Ты, – указал на младшего повара. – смени колпак. А ты, – указал на третью горничную. – Ты молодец. Не такая жирная сегодня. Итак, – развернулся к ним лицом, руки заложил за спину. – На семь вечера у меня назначена небольшая вечеринка, соберется всяческий столичный сброд, меню стандартное, тусовка разместится во втором патио.

– Всё будет в лучшем виде, – подался вперёд Фёдор.

– И да, – перевел взгляд на мужчину, отчего тот застыл, точно хамелеон. – Найди новую горничную. Пусть будет истинная славянка, от скандинавок проку никакого, суетится много, выхлопа мало.

– Да, господин, – и незаметно выдохнул. Слава богу, что славянку. С той украинской «скандинавкой» пришлось очень попотеть, чтобы нарисовать ей правдоподобную родословную.

– Тогда за дело, челядь, за дело. За простои я не плачу, – и направился к двери, за которой его дожидалась машина.

Назар Андреевич Кольский – мужчина в самом расцвете лет, обладающий незаурядным умом, большим трудолюбием и крайне отвратительным характером, отправился на завод «РосКоль», владельцем которого и являлся. Каждый его день начинался с пробуждения в шесть часов утра, получасовой тренировки в собственном спортзале с личным тренером, затем лёгкого завтрака, состоящего из ломтика нежирной ветчины, гранолы и омлета из пяти перепелиных яиц, все это Назар запивал чашечкой эспрессо, после чего собирался и ехал на работу, минуя всю ту красоту, к которой он приложил руку, а главное – кошелёк.

Обычно было именно так, но не сегодня. Сегодня пришлось нарушить привычный распорядок и отправиться на завод без тренировки и завтрака. А всё потому, что через сорок минут на предприятие должно было поступить новое оборудование. Столь приятное событие Кольский предпочёл не пропускать.

Назар ехал по идеально ровной дороге, что начиналась от его дома, тянулась вдоль всего села Кольское и выходила к трассе. Когда-то это было жуткое место с разбитыми дорогами, отсутствующей инфраструктурой, покосившимися, частично брошенными домами и доживающими остаток жизни пенсионерами. А название до чего идиотское было – село Пучки́ или Пу́чки, бог его знает. Но теперь это село Кольское, теперь это его собственное государство в государстве. А почему? Да потому что всё, что здесь есть сегодня – его личная заслуга.

Шесть лет назад Назар выкупил в десяти километрах от села землю, на которой построил один из первых в стране мусороперерабатывающих заводов. И не просто перерабатывающий, а вырабатывающий электроэнергию. Это стало настоящим ноу-хау! Дальше надо было думать, где жить, ибо свежепостроенное детище требовало постоянного контроля. И Назар обратил внимание на Пучки. Когда нога Кольского ступила на землю села, оно преобразилось. Не сразу, конечно.

Началось преображение с возведения личной резиденции столичного олигарха. Три года люди терпели бесконечные тяжеловозы, которые возили в самую дальнюю часть села стройматериалы, а также с завистью наблюдали, как дворец богача растет, аки на дрожжах. И вырос тот вверх на четыре этажа, а вширь раскинулся на западное и восточное крыло, заняв под собой площадь размером в третью часть Пучков. На этом Назар не остановился, до того ему понравилось менять свою жизнь к лучшему, что изменения эти распространились на всех.