Парламентеры

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Лес вставал впереди – огромная темная стена на фоне близкого заката. Он начинался здесь, на границе людских земель, и простирался до самого океана на северо-западе. Дикий и древний, как сама вечность.

Кардиган поправил перевязь с оружием и обернулся – три мечника и два арбалетчика выжидающе глядели на него.

– Ну что? – сказал Кардиган почти весело. – Время! Двинули!

И первым зашагал к лесу.

Мечники и арбалетчики последовали за ним.

Приминая траву, отряд пересек плоский луг, обогнул одиноко торчащий в полуфарлонге от опушки холмик и вскоре вышел к кривоватой глубокой балке, которая вклинивалась в чащобу и сразу же терялась из виду. Кардигану как-то довелось спускаться в нее, поэтому он знал, что юго-западнее балка тянется вдоль холмика с противоположной от отряда стороны и в конечном итоге сваливается к речушке Лее. На северо-восток по балке никто не ходил. В смысле – из людей не ходил. Туда, где начинался лес, люди не суются.

Потому что в лесу живут эльфы.

К ним Кардиган и шел. И вел небольшой отряд. Впервые он вел отряд сам, а не шагал за предводителем.

Что ж… Все когда-нибудь случается в первый раз.

Старое кострище совсем рядом с опушкой все еще отлично просматривалось, а вот одно из двух бревен кто-то утащил. А возможно, просто сжег.

– Стоп! – скомандовал Кардиган. – Пришли!

Дорожные мешки тут же были сброшены с плеч; добыты мех с водой, холодная телятина и все еще теплый хлеб. До заката оставалось добрых полтора часа.

Кардиган присел на бревно, поправив неловко висящие при поясе мечи. Лес равномерно шумел на слабом ветерке. С жужжанием пролетел овод, повитал над шлемом и в конечном итоге примостился на сапог Кардигану.

«Дурень, – подумал Кардиган. – Сапог хоть и яловый, но крови ты там хрен сыщешь…»

Овод потыкался хоботком в сапог еще секунд двадцать, пришел, видимо, к аналогичным выводам и с жужжанием улетел к трапезничающим ратникам. Вскоре один из мечников звонко хлопнул ладонью по шее – скорее всего, этого хлопка овод не пережил.

Жуя телятину с хлебом и запивая обыкновеннейшей водой, Кардиган мысленно готовился к переговорам с эльфами. Как-то они пройдут сегодня, переговоры? Хотелось надеяться – удачно. Хотя что значит – удачно? Скорее всего, все сложится как обычно: эльфы вежливо откажутся от всех предложений, продлят, предварительно пообсуждав, торговые соглашения и снова канут в свой загадочный лес, куда людям путь однозначно заказан.

А уж в этом сомневаться не приходится: за последние пять лет люди совались в лес лишь дважды. Сначала беглый убийца Приум, удирающий от тюремной стражи Глабстенбурга, не нашел ничего лучше, нежели свернуть с северного тракта к лесу. Его труп эльфы-дозорные выбросили из кустов на опушке уже через два часа. Горло Приума прошивала одна стрела, а из правого глаза торчала другая. А недавно какие-то заезжие торговцы древесиной с южного побережья затеяли порубку чуть севернее деревни Шелест. Зачем им понадобился свежий, а не покупной лес – никто так и не узнал. Эльфы тогда потребовали отступные за десяток сваленных сосен и дубов, причем немалые. И пришлось платить, куда деваться…

До разговора с людьми эльфы снисходили только один раз в году: а именно в день ламмас, шестого августа по человеческому исчислению. В любой другой день можно было ожидать на опушке хоть до посинения – никого из эльфов увидеть все равно не удалось бы. Да и углубись в лес – тоже, скорее всего, не удалось бы увидеть. Тихий щелчок тетивы, короткий свист оперения – и привет… Стрела в глазу. Или в шее.

Впрочем, на людские земли эльфы в свою очередь не совались. Они вообще не выходили из леса, словно могли оставаться живыми только там, под сенью вековых деревьев.

Солнце постепенно утопало в ветвях. Близилось время сумерек.

Как обычно, появление эльфов люди прозевали. Вроде только что никого не было, и вдруг р-раз – к кострищу подходят четверо. Все высокие, стройные, длинноухие, укутанные в плащи. Двое несут короткое и с виду весьма тяжелое бревно, один охапку дров, а предводитель, которого Кардиган знал, – понятное дело, налегке. В волосах предводителя торчит длинное раскрашенное перо.

Старшего – во всех смыслах – эльфа звали Иланд.

Кардиган вскочил; его примеру невольно последовали ратники.