Паразит

– Стой, бля! Тебе жить надоело, дура?! – осадил я попытавшуюся было побежать Лену, – Они же тебя сразу завалят!

– Зачем они так? – всхлипнула она глядя на труп своего любимого.

– А ты всё ещё не догнала? – раздражённо бросил я, – Дура и есть. Да хватит ныть, закрой пасть!

Я не выдержал и залепил ей пощёчину, не сильную вроде, но она сразу испугалась, видимо впервые в жизни по щам получила. И чего я с ней вожусь? Ни к чему не приспособлена, словно вчера на свет родилась. А мы уже не первую неделю тут и стычка подобная нам тоже не в новинку. Сейчас еда дороже любого золота, потому как её нет, от слова совсем.

– Давай, уеби по ним! – сзади подполз Мутный.

– Если бы я знал, как всё это делается ещё? – огрызнулся я, – А ты вообще где, сука, был?! Тебя долбоёба на шухере ставили!

– Срать припёрло, чё в штаны нужно было? Смотри, этот уёбок войти собирается!

– Бля, – я резко выглянул за угол и убедился в правоте Мутного, – Не лезь, пидор! Завалю нахуй!

Раздалось пыхтение и вроде как зашуршал по полу кто-то. Не ужели и в правду нам конец?

«Как же я в прошлый раз делал?» – заворочались мысли в голове, – «Поймал летящую штуку, потом испугался, что меня может ударить чем-нибудь, ну типа током и сразу из руки вылетела молния».

Я протянул руку и попытался ухватить маленький лучик чего-то постоянно летающего в воздухе. Кроме меня их никто больше не видел, и это началось с самого нашего выхода из бункера. А затем подумал, как из моей руки вылетает шаровая молния и бьёт в грудь того козла, что спрятался за стеной.

И чуть в штаны не наложил, когда это вдруг произошло.

Пару раз стрельнув искрами над ладонью взмыл светящийся шар, размером приблизительно с теннисный мяч и метнулся в сторону угла. Оттуда раздался вскрик и стук упавшего тела.

Я поймал следующий, микроскопический метеорит, и попробовал представить эту молнию, спокойно сидящую на ладони. И снова успех! Как по мановению волшебной палочки на ней вспыхнул электрический разряд и быстро раздулся до размера апельсина.

– Нихуясе! – открыв рот выдал Мутный и попытался его потрогать.

– Куда, дятел, – одёрнул руку я, от чего этого мяч резко подпрыгнул и влетел в потолок, громко хлопнув, и осыпав нас мелкой трухой, и холодными искрами.

– Эй, ублюдки, а ну выходи по одному, вам пизда! – тут же заорал мутный и сделал вид, что собирается ламануть к двери.

Тут же раздался выстрел и мы услышали топот, который сопроводил хлопок двери. Следом дверь хлопнула ещё раз, видимо выпуская наружу и второго человека.

– Вот и валите нахуй, пока мы вам очко не развальцевали! – прикрикнул им вдогонку Мутный высунув голову из-за угла, – А соска где?

Я посмотрел себе за спину и обнаружил пропажу Лены, которая, казалось ещё секунду назад хлюпала носом.

– Ну пиздец, – выдохнул я сдерживая злость, – Теперь ещё эту овцу искать.

– Да нахуй она тебе нужна, бро, – тут же отреагировал Мутный, – С неё понтов вообще ноль, ни отъебать ни поговорить. Максимум сожрать можно и то, тощая как доска, – он махнул рукой в окончании.

– Ебало захлопни, – зло зыркнулна него я, – Пошли в кладовку посмотрим, может эта ссыкуха там прячется.

Я жил в самом низу, пал так сильно, что никто не был в состоянии мне помочь. Так часто бывает, когда человек связывает свою жизнь с наркотиками.

Я познакомился с ними случайно, не скажу, что я конченый человек, просто так сложились обстоятельства. Хотя этими словами оправдываются многие, кто ступил на эту извилистую дорожку.

В один прекрасный день…

Стоп. Какой же это прекрасный день?

Всё, что казалось нам благом, в одно мгновение обратилось прахом. Но только не для меня.

В моей жизни всегда царил хаос, спасть в провонявшем канализацией подвале, было не самым худшим местом из тех, где доводилось это делать. Летом благодать, можно под любым кустом отдохнуть, где упал – там и дом. Но зима заставляет искать норы.

Раньше, когда я только начинал свой путь на дно, были хаты, кореша, героин тёк по венам заставляя чувствовать в себе силу, сравнимую с Богом.

Первая доза. Когда же я впервые испытал этот кайф? Кажется пошёл в кишлак за травой и бухлом, а попал на отморозков, которые бросили меня в яму и держали там несколько месяцев. Пока наши не расхуячили всё вокруг с вертолёта. Как я жив то при этом остался, даже и не вспомню.

Эти ублюдки вкололи мне героин сразу, как только поставили под стволы. После этого уже ничто в мире не могло радовать меня столь сильно.

Эмоции зашкаливали, такое можно было сравнить с бешеной скоростью, когда мчишься так, что ложится стрелка спидометра. Энергия, сила, жидкий огонь тёк по венам. Казалось, что я познал все тайны вселенной, мироздания в один миг. А затем наступила блаженная истома, когда так хорошо, что не знаешь, смеяться тебе или плакать.

У нас многие в роте баловались, говорили, что с первого раза не подсядешь, что всегда можно отказаться и прекратить. Смешно. Разве слабая человеческая сущность может найти в себе силы и отказаться от подобного наслаждения?