Пандемия

Сергей не знал, что делать, куда дальше идти. Работая в крупной финансовой компании Москвы его карьера буксовала уже третий год. Должность, на которую он рассчитывал в очередной раз уплыла к конкуренту, а с ней рухнули и все его планы на ипотеку, новую машину и будущую свадьбу. И Сергей прекрасно понимал, что без повышения заплаты ему не вытянуть растущие потребности не сколько себя, сколько своей будущей семьи. С Наташей их хоть и связывала многолетняя дружба и бескорыстие, но он понимал, что такая эффектная девушка не захочет долго оставаться в тени и рано или поздно ее сердце дрогнет и не устоит перед соблазном буржуазной во всех смыслах столицы. Честно говоря, он устал ревновать ее по поводу и без повода и спешил оформить их отношения узами брака, хотя в душе понимал, что страховка эта весьма сомнительная. Без должных прав на семью страдала только его самооценка, в остальном же обои ценили превыше всего свободу и независимость.

Сергею шел тридцатый год. Рослый, спортивного телосложения, с крепкими мышцами и выразительными голубыми глазами, он был желанным мужчиной в любой компании. Этакий черноволосый мачо, с манерами аристократа и тонким добрым юмором, притягивал внимание всех, как будто одаривал их чем-то. Во многих мужчинах он вызывал также и такое черное чувство как зависть. Но в нем, в отличии от пользующихся расположением людей ловеласов и негодяев, родилась и крепко жила привязанность лишь к одной женщине, тянуло его только к Наталии. Может во всем виновата их детская влюбленность, ведь росли они в одном дворе, ходили в одну школу Замоскворечья. Вместе ходили и в музыкальную школу, где Сергей играл на гитаре, а Наташа на фортепьяно. И хотя пути их потом разошлись на время учебы в университетах (Наталия училась в России, а Сергей в США), они не бросили писать друг другу и непременно, на Новый год встречались в Москве. Пусть говорят, что первая любовь быстро проходит и она несчастна, Сергей любил Наташу все сильнее с каждым годом и надеялся на такое же взаимное чувство. Причины же этой непомерной любви лежали скорее в нем самом, так как он рано остался сиротой и лишился должного внимания. Его родители трагически погибли в автокатастрофе, когда ему было 11 лет и он воспитывался бабушкой, заменившей ему и мать и отца. Но год назад не стало и ее, о чем он сильно горевал, так как это был самый близкий ему человек. Раз в месяц он ездил на ее могилу на Старо-Донское кладбище и подолгу стоял у ее надгробья. «Самому дорогому человеку», – гласила надпись на ее могильном камне.

Вернувшись в Москву после учебы, и начав работать, он понял, что не имея связей, для достижения успеха надо двигать локтями как при толкучке в метро. Это как в спорте, где победы заслуживает самый быстрый и сильный. В работе тоже ничего не происходит просто так, никто не принесет тебе яблочко на блюдечке с голубой каемочкой. Чтобы добиться вершин, в ход здесь идут интриги и та подковерная борьба, которую люди так тщетно порицают в обществе, но без которой успешную карьеру не построишь. Если только твои родители не владельцы той фирмы, где ты работаешь.

«А чем мы хуже все тех же спортсменов или военных»? – задавался Сергей вопросом, – «Они-то не стесняются колотить друг друга на поле брани, более того, давно существуют правила боя и награды. Чего стоит одна только Олимпиада. Там призовые места приносят сотни тысяч долларов!»

Начало 2000-ных принесло России долгожданный экономический бум. Сергей не зря уехал учиться на финансиста. Он понимал, что рост экономики страны случился не только из-за скачка цен на экспортируемое топливо. Приток дешевых иностранных инвестиций создал целые отрасли экономики, отсутствовавших в социалистической стране. Банковский сектор, телекоммуникации, транспорт, реклама, розничная торговля, строительство и телевидение – все это создавалось заново, с нуля. Новейшие западные технологии и оборудование позволили России за десять лет сделать такой скачок, какой не совершала ни одна страна в мире, ВВП рос в среднем на 6-8 процентов в год! Быстрее поднимался только Китай.

И в это время оттаявших с Западом отношений, у России нашлись специалисты, которые охотно ехали за рубеж учиться, как в старые петровские времена. Был среди них и Сергей. Теперь он хотел своего успеха, своей выгоды от общего процесса роста. Для этого у него были тщеславие и амбиции, а главное уверенность и чувство собственной исключительности, ведь он с отличием окончил Калифорнийский Университет и прошел практику в ведущих финансовых институтах Манхэттена. А теперь строил планы в Москве.