Падение Дамноса

Сорок первое тысячелетие.

Уже более ста веков Император недвижим на Золотом Троне Терры. Он — Повелитель Человечества и властелин мириадов планет, завоеванных могуществом Его неисчислимых армий. Он — полутруп, неуловимую искру жизни в котором поддерживают древние технологии и ради чего ежедневно приносится в жертву тысяча душ. И поэтому Владыка Империума никогда не умирает по-настоящему.

Даже в своем нынешнем состоянии Император продолжает миссию, для которой появился на свет. Могучие боевые флоты пересекают кишащий демонами варп, единственный путь между далекими звездами, и путь этот освещен Астрономиконом, зримым проявлением духовной воли Императора. Огромные армии сражаются во имя Его на бесчисленных мирах. Величайшие среди его солдат — Адептус Астартес, космические десантники, генетически улучшенные супервоины.

У них много товарищей по оружию: Имперская Гвардия и бесчисленные Силы Планетарной Обороны, вечно бдительная Инквизиция и техножрецы Адептус Механикус. Но, несмотря на все старания, их сил едва хватает, чтобы сдерживать извечную угрозу со стороны ксеносов, еретиков, мутантов. И много более опасных врагов.

Быть человеком в такое время — значит быть одним из миллиардов. Это значит жить при самом жестоком и кровавом режиме, который только можно представить.

Забудьте о достижениях науки и технологии, ибо многое забыто и никогда не будет открыто заново.

Забудьте о перспективах, обещанных прогрессом, о взаимопонимании, ибо во мраке будущего есть только война. Нет мира среди звезд, лишь вечная бойня и кровопролитие, да смех жаждущих богов.

274.973.M41

Основные генераторы были мертвы. Никакие литании Богу-Машине, никакие мольбы Омниссии не могли заставить их вновь заработать. Последний толчок оказался самым мощным, и именно после него силовые установки Мандос Прим отказали окончательно.

Теперь Горгардису и его людям предстояло починить их.

— Критический сбой во всех системах, — пробормотал экзофабрикатор. На холоде бесконечной зимы его дыхание мгновенно превращалось в белесую дымку.

— Мой господин, — затрещало в воксе, имплантированном в ухо Горгардиса. Из-за колоссальных масс льда и какого-то странного неизвестного излучения голос искажался статическими помехами.

— Я здесь, — произнес экзофабрикатор, не отрывая глаз от показаний своего сканера. Данные по сейсмической активности были просто невероятные, обычные сдвиги тектонических плит таких бы не дали. Возможно, планета начала дестабилизироваться.

Однако, услышав следующие слова, Горгардис тут же прекратил свое занятие.

— Мы что-то нашли.

Он облизал губы, ощутив на языке пресный вкус кристалликов льда, и отложил сканер в сторону. На глазном дисплее его оптического имплантата мигающей точкой высветилось местоположение Артака. Короткая строчка бинарного кода гласила, что другой экзофабрикатор находится в восьмидесяти шести целых и двух десятых метра ниже него самого.

Горгардис несколько секунд размышлял, пока логические системы, дополнявшие основные биологические функции его мозга, обрабатывали полученные данные и сводили их вместе.

— Сейчас буду, — ответил он и направился к ближайшему подъемнику.

Огромный пласт льда, сковывавшего находку, к его приходу уже успели растопить, но сама конструкция уходила вниз настолько глубоко, что невозможно было даже предположить, как она велика.

Сооружение, похоже, было выполнено из металла, но металла неестественно темного, мерцающего и кажущегося живым. На гладких стенах виднелись какие-то странные знаки. Несмотря на свои обширные познания в области рунной символики и семиотики, Горгардис не смог опознать ни одного из них.

— Происхождение неизвестно, — пробормотал он, аккуратно проводя рукой над письменами, но при этом не касаясь их. Стоявший позади него Артак заметно нервничал. Обернувшись, Горгардис махнул ему. — Здесь нужны сервиторы и тяжелое оборудование. Дрели, молоты, буры — словом, все, что есть.

Магос Карнак с холодной отрешенностью осматривал древние руины, уже наполовину показавшиеся на свет.

— Невероятно… — выдохнул он. Вот уже много лет ничто не вызывало у него такого благоговейного трепета, не говоря уже о том, чтобы ради этого он стал напрягать свои голосовые связки. Карнак уже практически полностью превратился в машину, но все еще мог испытывать человеческие эмоции. Более того, сейчас он ощущал их намного сильнее, нежели полагал возможным с того момента, как отрекся от бренной плоти.

Механодендритовые сканеры провели полный комплекс спектральных, акустических и структурных исследований сооружения, передав результаты в машинный мозг техножреца для дальнейшего изучения. Ничего стоящего пока что получить не удалось.

— И что вы сделали, чтобы вскрыть эту конструкцию? — спросил магос.