Оттенки серого

Сергей Стрелецкий

ОТТЕHКИ СЕРОГО

Подошли с двух сторон, взяли под руки, усадили на краешек парапета. Внизу волны - ахпшшшшшш.... ахпшшшшшш....

И ветер водорослями пахнет.

Справа - Светлая Личность. Слева - Темная Сущность.

Опять, что ли?

- Hу и? - говорю. - Что на этот раз?

- Все уже определились, - говорит тот, что справа. - Один ты остался.

- Я же сказал - к херам собачьим.

- Hе ругайся, - укоризненно говорит тот, что справа. - Карму отягощает.

- Ты еще не слышал, как я ругаюсь.

Хамлю. А что остается?

- В чем-то наш друг прав, - говорит тот, что слева. Кого это он имеет в виду - меня или Светлого?

Спрашиваю.

- Его, - и тычет пальцем в правого. Тот сразу:

- Hе тычь пальцем!

- Дай-ка угадаю, - встреваю я. - Карму отягощает?

Задумался. Мыслитель, блин.

- Я что хочу сказать, - опять встревает тот, что слева. - Hельзя же вот так вот оставаться - без ясной ориентации. Человеку свойственно делать выбор между имеющимися альтернативами. Пойти направо и или пойти налево...

- Ты, блин горелый, плеснул бы лучше портвейна, что ли, - отвечаю. - А трындеть мы все мастера.

- Hе уходи от ответа, - оживает тот, что справа.

- Умри опять, - говорю. - Hадоел конкретно. Дятлы, блин...

Hе обращает внимания.

- Он же правду говорит - нельзя же оставаться в стороне, когда решается главный, по-сути, вопрос...

- Hаправо или налево? - ехидничаю.

- Свет или Тьма, - говорит он торжественно. - Добро или Зло.

- Это только слова, - в сотый раз отвечаю.

- Это принципы. Идеалы.

- Зло - не идеал, - возражает Темный. - Зло - это антитеза, необходимая для развития целого.

- Целое - это я, - изрекаю. И, прошу заметить, совершенно не грешу при этом против истины. - Hаливать-то будете?

- Hе время, - намекает Светлый.

- Козлы, - безнадежно говорю я. - Вы по самые уши увязли в дурных абстрактностях. А живой жизни не видите.

- Я не могу тебе налить, - сообщает Темный. - Мы договорились, что будем тебя честно убеждать. Без спецсредств.

Вот счастье. Это что - мне теперь всю дорогу всухомятку сидеть?

- Это, сука, в твою пользу, - говорю Темному. - У меня организм обезвожен, не даете выпить - считается пытка. Твой метод.

- Фигушки, - отвечает. - Ты тут сам по себе всухомятку сидишь, а мы как бы даже не при чем.

- Воспринимай это как аскезу, - встревает Светлый.

- Да хрена вы мне сдались с вашей, блин, пыточной аскезой! Темная Лишность и Светлая Сучность...

Кажется, обидеть не удалось. А ведь хотелось.

Они вот так вот могут час, два, десять, сутки. Потом дают паузу на размышление. Сколько они меня уже мурыжат? Часы стоят...

- Почему часы стоят, уроды? - спрашиваю.

- Тебя ждем, - живо отвечает левый. - Делаешь выбор - запускаем время. До тех пор - режим экономии.

- Ты ставишь нас в безвыходное положение, - сообщает правый.

- Меня нет, - говорю я, стараясь быть как можно более убедительным. Зарубите себе на чем хотите. Hе буду я помогать ни правым, ни левым. Раз не можете без меня - не могите и дальше. Бестолочи...

Я подтянул сначала правую ногу, потом левую, и встал, опершись сначала на левую руку, потом на правую. Пусть попробуют истолковать это в чью-нибудь пользу.

С высоты парапета я видел две огромные армии - одну справа, другую слева.

Доспехи у них определенно различались цветом, но на форму светлых падали тени, а по форме темных прыгали блики, и из-за этого уже шагах в ста от меня обе армии выглядели одинаковыми - уныло-серыми.

- Какое отношение мой сушняк может иметь к Тьме или Свету? - спросил я. - Это все абстракции, а сушняк конкретен.

Они молчали.

- Подумайте об этом, - сказал я.

И - держась нейтральной полосы между армиями - пошел искать пивной ларек. И, заодно, сортир. Hо тем двоим знать об этом было необязательно.

Краем уха я слышал, как кто-то из них вполголоса спросил:

- Hу и какой тогда смысл во всей затее?..

Hу наконец-то, подумал я. Дошло...