Отпрыск рода Орловых. Том 3

Следующие несколько дней бегал как cавраска по пересечённой местности. Дел было невпроворот — почти ничего не успевал. Спасибо Алине: помогла, чем смогла. Многие организационные вопросы взяла на себя, даже документы мои в Академию отнести не поленилась.

Присмотрели дом.

Выбрали Железнодорожный округ.

Чем он мне приглянулся?

Тем, что там раскинулся большой парк с прилегающей к нему лесной зоной. Очень красиво, а главное — тихо. В парке были обустроены три аллеи — берёзовая, осиновая и дубовая, имелся пруд и стадион. Принадлежала вся эта территория семейству Рюминых, которые по счастливой случайности оказались должниками отца, то бишь, теперь моими. Причём, знание об этом пришло ко мне не иначе, чем благодаря божественному провидению: я столкнулся на улице с одним из представителей их рода. В голове что-то щёлкнуло, и ещё один кусок воспоминаний отца вместе с магической привязкой, встал на место. Спасибо последнему дару. Что бы я без него делал?

Именно у Рюминых я и приобрел двухэтажный особняк с садом и небольшой прилегающей территорией с видом на всё тот же парк.

Красота-а-а!

Мог бы выкупить и его, и расположенную рядом лесополосу, но не стал привлекать к себе внимания.

Неизвестный парень, приехавший в город и сразу хапнувший солидный кусок недвижимости, мог вызвать подозрения. К тому же, сейчас большие площади мне были без надобности. Может, потом, когда обзаведусь своими людьми, подумаю о расширении территории.

Прислугу, проживавшую в этом доме, пришлось уволить — или точнее, вернуть Рюминым. Соглядатаи мне здесь точно не нужны: не хватало ещё, чтобы кто-то вынюхивал и подслушивал в моём собственном доме.

Всех шпионов — долой.

Мебель оставил, менять не стал, но два дня ползал по всему особняку, прочёсывая помещения на предмет неожиданных ловушек и установленных заклинаний на прослушку.

— Макс, у тебя паранойя! — усмехнулась Алина, — Кому ты сейчас нужен? Про твою настоящую личность в курсе весьма ограниченный круг людей.

— Неважно. Одного Юсупова с лихвой хватит, да и Рюминым я до конца не доверяю.

— Ты никому не доверяешь.

— И правильно делает. Это тебе, вертихвостке, всё нипочем, только задницей вертеть, да глазки строить умеешь.

— Я не только это умею, Петрович, — соблазнительно усмехнулась девушка и демонстративно облизала кончиком языка нижнюю губу, — Могу доказать.

— Тьфу, потаскуха бессмертная.

— Хватит вам! — рявкнул на эту неугомонную парочку, прерывая очередной, в бесчисленный раз, обмен колкостями.

По крайней мере, прекратили попытки прикончить друг друга, а то, честное слово, надоело разнимать.

И всё же, пару заклинаний я обнаружил. Одно — следящее, второе — маскирующее вход в подвал. К слову, Рюмины о нём ни словом не обмолвились. Не начни я тотальную проверку нового жилища, остался бы в неведении, что у меня, оказывается, имелся подземный этаж, оборудованный под тренировочный зал.

Конечно, он не мог сравниться с аналогичным залом в поместье Орловых, но оказался неплох, а с учётом того, что мне позарез необходимо место для постоянных тренировок — вообще, сказка.

Очень выручила возможность видеть плетения — иначе никогда бы не нашёл.

Интересно, почему Рюмины скрыли сей факт? Или просто забыли?

Защита на зале стояла по всему периметру, но выглядела слабовато.

Спасибо Петровичу — обещал подправить.

К сожалению, времени на тренировки не оставалось от слова совсем. Крутился как белка в колесе, совершенно ничего не успевая.

До экзамена — один день, а я разрывался на части: нужно забрать Сережку с опекунами, съездить в Заломск, переговорить с Прохором, нанять прислугу.

Впрочем, последнее поручил Алине с Надеждой. Петрович категорически отказался заниматься хозяйственными нуждами, бегая по городу по своим, никому не известным делам. Наверняка, высматривал «бессмертных» на предмет непосредственной угрозы.

Ивлеевы переехали со мной. Антоха сразу сказал: как только я восстановлю свои права и докажу невиновность — вступит в мой клан, а позже — войдёт в род. Надежда посопротивлялась для видимости, но в итоге — сдалась. Сил возродить фамилию Ивлеевых у них не осталось, поэтому тётка с племянником решили принести присягу мне. Да и сдружились мы за последнее время, что скрывать: столько всего вместе пережили.

Не последнее место в принятии решения Надеждой сыграл Петрович, который официально заявил, что становится моим наставником и в ближайшие годы оставлять меня на «произвол судьбы» не намерен.

А если учесть, что Надежда явно нацелилась женить Петровича на себе, то вопрос закрылся сам собой. Теперь всем нам придется «квакать в одном болоте», пока не выберемся, но ничего — болото у нас богатое, большое и опасное для чужаков с враждебными намерениями — засосёт и не выпустит.

Антоха на пару со мной решил поступить в Академию, точнее, восстановиться на третий курс. Два года он с горем пополам проучился, а потом не стало возможности: платить за обучение оказалось нечем.