Откровение кривого зеркала

«Когда я смотрюсь в зеркало, я знаю точно, что вижу себя не так, как меня видят другие … потому что я смотрю на себя так, как мне хочется видеть». (Энди Уорхол).

Ее лицо озаряется в лучах яркого и полуденного солнца. Прекрасное, одухотворенное, живое! Маленький точеный носик, пухлые розовые губы, черные и блестящие глаза…. Черные как смоль волосы пышной волной скатываются по ее хрупким и нежным плечам, яркое платье цвета красного вина отлично оттеняет смуглость ее гладкой кожи и нежно обвивает ее щиколотки, но при этом совершенно не мешает при ходьбе. Она, счастливая и влюбленная, бежит через огромное нескончаемое поле, не ощущая ни боли, ни унижения, ни страха. Она несется как на крыльях навстречу новой судьбе, новой любви, новому счастью. Бисерное ожерелье на ее тонкой шее колышется из стороны в сторону, но она, казалось, вовсе не замечает этого. Тут ее счастливый взгляд натыкается на небольшую речушку. В свете солнца река переливается всеми цветами радуги, радостно журчит, как будто призывая ее подойти к ней, скинуть одежду и броситься в пучину прохладного царства, насладиться свежестью в полуденный зной. Она подходит ближе, все ближе и заглядывает в речную и широкую гладь, словно в зеркало. Она не узнает себя. Внезапно помять услужливо подсовывает ей эпизод из далекого детства. Она вспомнила, как когда-то очень давно, когда она была маленькой девочкой, мама возила ее в город. Ее старшие братья и кузен, которые ездили на днях в город, были в восторге от комнаты смеха. В последние дни все их разговоры велись только об этом. Они смеялись, пытались корчить рожи, демонстрируя ей то, что они видели в кривых зеркалах. Мейкна, что значит счастливая, стала мечтать лишь об одном – попасть в комнату смеха! Она постоянно ходила за мамой по пятам и просила ее отвезти в город. Жили они очень бедно, и денег не было даже на рейсовый автобус до города, уже не говоря о развлечениях. Но Тинаш, мама Мейкны, больше не могла терпеть дочкиного нытья и, в каждый день валясь от неимоверной усталости, все же договорилась с хозяином перерабатывать по несколько часов в день в поле в течение месяца. И вот чудо! У них появились деньги на то, чтобы выбраться в город! Когда Мейкна увидела себя в одном из кривых зеркал, ей почему-то не стало смешно и весело. Наоборот! Ей стало страшно! На нее смотрело непонятное чудище с перекошенным лицом, с глазами навыкате и вывернутой челюстью. Она отпрянула от зеркала, как от раскаленной сковороды, и зарыдала навзрыд. Мама, испугавшись за дочь, тут же подбежала с ней и вывела ее из комнаты. Больше никогда Мейкна не просила мать свозить ее в комнату смеха. Лишь только братья, узнав, что она проявила слабину и испугалась какого-то зеркала, посмеивались над ней и тыкали в нее пальцем при каждом удобном случае. Лишь ее кузен Саед сочувственно смотрел на нее.