Открой глаза

– Я сказала тебе, Виктория. Сделаешь аборт приходи. Нет, тогда в этом доме больше не появляйся.

– Ты совсем рехнулась что ли? – кричу в ответ на слова матери.

Поверить не могу что слышу от нее подобное. Хотя, чему удивляться. Она всегда была такой. И на отца никакой надежды.

– А ты? Ничего не скажешь, папа? – смотрю на этого мужчину и надеюсь, что, хотя бы сейчас, он встанет на мою сторону.

– Я согласен с матерью. Он нищеброд. Ты чем думала, когда ложилась с ним в постель?

– Да хватит уже мерять всех по грамму золота. Кто вы такие? Пара вшивых магазинов и все. А Майкл, уже через пару лет, станет богаче чем вы.

– Не смей так разговаривать, Виктория. Имей уважение.

Господи, неужели я их дочь? Быть такого не может.

– Уважение? – начинаю смеяться в лицо женщине, что по ошибке, считает себя матерью. – Если я сейчас отсюда выйду, то не вернусь. Никогда.

Последняя попытка.

– Это и есть наше условие. Если ты выйдешь отсюда не в клинику, то этот дом закроет свои двери для тебя. Кредитки, будут заморожены в ту же секунду.

– Ну и катитесь к черту.

Выскочила из квартиры и побежала на первый этаж в фойе, чтобы успеть снять деньги с карты, пока их не заблокировали, так как наличку вообще не ношу.

Как же я разочарована. Должна ведь привыкнуть? Но нет. Каждый раз как в первый. Почему они такие. Ну почему? Наверное, лучше, как Эмма. Быть одной. Зато никаких родственников. Она счастлива. Замужем. И заработала все сама, хоть я ей помогла в начале. А у меня?

Снимаю самый максимум, что тут доступен – двести тысяч.

Сажусь в свой форд и уезжаю. Даже не буду забирать свои вещи, главное, что документы с собой.

Плевать. Они сами от меня отказались, только что, предложив избавиться от моего малыша.

– Мамочка с тобой, милый, – глажу плоский живот рукой.

Представляю, как будет рад Майкл. Я просила месяц на решение дел, в итоге приеду гораздо раньше.

Устрою сюрприз. Поверить не могу, что буду жить в Лондоне.

Рада. Все-таки я рада.

Включаю тихую мелодию и еду по проспекту.

Останавливаюсь на красный свет и у меня начинает звонить телефон.

– Привет, Игорь.

– Привет. Ну как прошло?

– Да никак. Сказали либо аборт, либо вон из дома. Представляешь?

– А ты что?

– Как что? Послала их. Аборт, – повышаю голос на друга, – как они могли?

– Жестоко. Ты где сейчас?

– Еду к Эмме. Поживу у нее недельку, решу несколько дел и полечу в Англию.

– Зачем к ней? Ты всегда можешь остаться у меня. Ты же знаешь.

– Спасибо, но я уже говорила с ней, она ждет.

Пока длится разговор, подъезжаю уже к другому светофору. Да что ж такое, опять красный.

– Слушай Вик, а не слишком рано ты с ним?

– О нет, не нужны мне эти разговоры. Я все понимаю, но для меня все ясно предельно. Я ему верю. Или ты тоже про его социальный статус? Так мне он не важен.

Блин как же жарко. Тянусь к бардачку за салфеткой. Достаю упаковку и вытаскиваю одну.

– Да нет, он молодец. Но уезжать отсюда. Как-то слишком скоро. Сколько ты его знаешь и не забывай, где вы познакомились.

Посматриваю на дорогу, движения еще нет. Двадцать секунд есть. Кладу на место и снова поднимаю взгляд на дорогу.

– Ой, хватит, а? – проговариваю и цепенею.

Шокирующе смотрю, как неуправляемая огромная машина, больше похожая на бульдозер, несется по дороге прямо на меня.

– О господи, – кричу.

Переключаюсь на заднюю скорость, но не могу проехать и метра, там уже колонна машин.

– Вика, – слышу последнее в трубку от друга, прежде чем бросить телефон.

Пытаюсь переключится на переднюю, но уже просто не успеваю, даже подумать о том, что я могла просто, выскочить из машины.

Три года спустя

Вика

– Снова ничего? Может быть есть какие-то улучшения или динамика?

– Нет. Все по-прежнему. Никаких вспышек или чего-то подобного, о чем вы меня предупреждали.

Как же я устала от этих бессмысленных попыток и еще, более бессмысленных встреч.

– Виктория, не расстраивайтесь. Такое тоже бывает и не так редко. Мы ведь говорили, что бывали случаи, что состояние подобное вашему может длиться всю жизнь.

– Вы меня очень успокаиваете, этой информацией, – раздраженно произнесла. – А вы не думали, что я могу просто не хотеть, вылезти из этого?

– Вы принимаете препараты, что я прописала в прошлый раз?

Ну конечно, зачем отвечать на все вопросы.

– Вы же знаете, что принимаю.

– Отлично. Думаю, мы встретимся с вами через месяц, в это же время, – она стала записывать что-то в свой журнал и все больше напоминать робота, который привык выдавать одну и ту же информацию каждому пациенту.

– Я могу идти?

– Конечно, – слащаво улыбается. – Попросите вашего мужа зайти ко мне. Всего доброго Виктория.

Наконец-то. Поднимаюсь со стула и иду к выходу. Раздражает жутко.

– До свидания, Ирина Витальевна.

Выхожу и чувствую, что могу дышать. Она меня словно подавить хочет.

– Игорь, – как обычно сидит работает, не важно где мы и что мы. – Она хочет с тобой поговорить.

–Ты снова недовольна? – улыбается. – Что на этот раз?

– Я не понимаю, почему мы не можем сменить врача? Она мне не нравится.

– Родная, все просто, она лучшая.