Острые зубцы короны. Книга 1. Регрессор

…Темно-серое, мрачное, свинцовое небо отражалось в зеркале воды бухты, крася ее в такой же темный, нагонявший тоску, депрессивный цвет. С моря подул легкий холодный бриз, заставив Сержа зябко дернуть плечами и поправить воротник полушубка. Вот такая вот весна с ее вечной распутицей, слякотью и мерзким холодным воздухом, еще не набравшим теплоты от нагретых солнцем моря и земли.

Он стоял на смотровой площадке крыши одной из сторожевых башен на входе в гавань Орсода. Горизонт был чист, что было вполне естественно, учитывая сезон, точнее не сезон, а в самой гавани уже начинала кипеть бурная работа, рыбацкие суда, вытащенные на берег в преддверии зимних и весенних штормов, приводились в порядок и готовились к спуску в родную стихию — море.

Для них с Тирой это была очередная инспекция своих владений. Пять городов, разбросанных по всей Гравии — с одной стороны это число уже хорошо, с другой — это пять больших проблем, которые надо постоянно держать на контроле и оперативно решать как всегда внезапно возникающие вопросы. Да еще и индейские поселения вокруг, которые были лояльны к колонистам, но тем не менее при их кажущейся самостоятельности, вызванной национальной гордостью, требовали ненавязчивой помощи. В частности, в области здравоохранения и образования, ну да и то и другое в Гравии бесплатно для всех, Серж об этом позаботился. Поэтому и смертность от рядовых болезней никому не грозила, только разве что в крайнем случае, убыль населения была минимальной — за прошедшую зиму и весну на все пять городов умерло всего двадцать два человека, кто от старости, кто от несчастных случаев, в общем там, где медицина и магия жизни была либо бессильна, либо не успела вовремя. От голода — не умер никто. Жесткая программа распределения продовольствия для всех, подобная когда-то использованной на родной планете во всех послевоенных странах, давала возможность хоть уж никак не шиковать и не баловаться разносолами, но спокойно и более-менее нормально, не голодая, на минимуме дожить до следующего урожая. Здесь помогли в том числе и индейцы со своей кукурузой, мамалыга и маисовые лепешки, знакомые по Марку Твену и другим американским классикам, прочно вошли в рацион поселенцев. Так что проводимый социальный военно-коммунистический эксперимент Серж с Тирой сочли удачным. А теперь предстояло решать еще великое множество задач разного рода — как говорится, осталось только начать и кончить.

Серж с натугой отвалил толстую деревянную наборную, обитую железом, крышку люка в полу, потом отряхнул руки от оржавленного металлического кольца на крышке и ступил на крепкую деревянную лестницу с протертыми подошвами солдатских сапог ступенями. Ну а как же, теперь освобожденная от бутафорской баллисты и оборудованная навесом от непогоды крыша башни служила наблюдательным пунктом и позицией для пусковой установки, чьи направляющие были укрыты толстым прорезиненным брезентом. Вот и несли службу дозорные день и ночь, высматривая что-нибудь угрожающее на горизонте. Правда во времена зимних штормов Серж разрешил караульным находиться под крышей, этажом ниже, в караулке, и вести наблюдение из-за стекол — не хватало еще пневмоний и обморожений на ровном месте. Солдата надо беречь по мере возможностей, здоровый солдат — хороший солдат, это Серж уяснил еще во время службы, ну а тем более егеря, которым поручили вести здесь наблюдение. Этим что-нибудь поручи, так они превратятся в ледяные статуи, но не уйдут со вверенного им поста без приказа. Нет, с ними надо без фанатизма, у них его своего хватает выше крыши.

Серж спустился в освещенную светом керосиновой лампы караулку — еще одно нововведение, пока только в порядке эксперимента и только для армии. Гонять туда-сюда вверх-вниз магов для зарядки светильников — больше суеты и хлопот, проще подкинуть канистру керосина, а магию оставить на потом, на нужду, когда без нее не обойтись.

Он подошел к буржуйке, хрустя подошвами по уголькам и вытянул руки, наслаждаясь теплом раскаленных железных боков печи, отбрасывающей неяркие блики из жерла по сторонам. Ну вот, наконец согревшиеся пальцы стали нормально гнуться — теперь спокойно можно расстегнуть тулуп и развязать завязки ушанки — нововведение для этого мира однако, зачем велосипед изобретать, если можно заказать скорнякам головной убор проверенный временем и миллионами солдатских голов? Причем проверенный солдатами в странах с холодным климатом по всему миру — от России до Канады.

- Милорд, будете обедать? — обратился к нему один из дежурных.