Остров Высокой Травы (Приключения безбашенных гномов)

Однажды, ближе к концу лета, в Маковом городе произошло странное событие, показавшееся тогда, на первый взгляд, малозначительным. Гномиха по прозвищу Синюшка заблудилась в лесу и только поздней ночью, когда уже совсем стемнело, вышла на берег Мутной реки. Синюшка успокоилась и перестала трясти головой, потому что теперь знала дорогу: идти вдоль берега и никуда не сворачивать. Так она и сделала. Шла вперёд, спотыкаясь, на ощупь, вытянув вперёд руки, под пение ангелов и шёпот поднимающихся из болота мертвяков. А корзинку с мухоморами она давно рассыпала и потеряла.

Вдруг наверху что-то вспыхнуло, и всё вокруг осветилось. Синюшка упала на мокрый песок и прикрыла голову руками. Скосив глаза, она увидела, как огромный приплюснутый металлический предмет опустился неподалёку, ломая тростник и шипя огнём, словно тысяча газовых горелок.

На берег вышли три гнома, силуэты которых Синюшка могла различить в отблесках пламени. Гномы были высокие, в пластиковых касках и чёрных блестящих плащах, свободно свисающие до самой земли. Они прикурили и пустили косяк по кругу.

— Слишком далеко приняли на восток, — проговорил первый дребезжащим металлическим голосом. — Дальше ничего нет, надо лететь обратно, к башням. Что смотришь, давай паровоз вдую…

— Если вернёмся на остров с пустыми руками, будет порка, — сказал другой, вдохнув долгий «паровоз» и покачнувшись.

— Надо поймать для фюрера хотя бы одного гнома, — подтвердил третий.

Но тут уже Синюшка, не слушая ничего дальше и не помня себя, вскочила на ноги и припустила так, что только ветер свистел в ушах. Как она добежала до города и как перебудила весь дом, она не помнила.

На берегу нашли круг примятого к земле тростника и выжженную дотла пятку. Эту пятку отдали Студенту, и тот изучил её состав под микроскопом. А изучив, долго думал и совещался со своими друзьями Взломщиком и Шестерёнкой. А потом они придумали нечто такое, что на ближайшее время совершенно преобразило жизнь Макового города.

Первые улёты в стратосферу и в космос показал, что не все гномы одинаково хорошо переносят радикальные виды стимуляторов. Некоторые так крепко забили себе в голову, что они были на Луне, что их после такого «путешествия» пришлось буквально заново ставить на ноги. Особенно мучительно приходил в себя Пухляк, который из жадности всегда перебирал, а потому вышел из комы позднее всех.

С утра до вечера он валялся на больничной кровати или проветривался в гамаке на свежем воздухе, постоянно жалуясь, что доктор Глюк его не лечит, а только заставляет читать непонятные мантры. Гномы со всего Макового города приходили к Пухляку слушать рассказы о том, как он был на Луне светящимся камнем, а потом превратился в гигантскую змею и проглотил Вселенную.

Такое затянувшееся недомогание Пухляка не нравилось доктору Глюку, и он однажды вызвал из Главной директории знаменитого профессора Чёртика-Горячкина. Тот осмотрел больного, расспросил о том о сём, пошептался с Глюком и уехал обратно.

Проснувшись на другой день, Пухляк почему-то не увидел на столе свой завтрак, состоявший обычно из четырёх квадратиков подсушенного мухомора и каши из белены. В удивлении он поднял голову и позвал няню, потом Глюка, но никто к нему не пришёл.

И тут вдруг няня, тихонько стоявшая за спинкой кровати, с размаху шарахнула его по голове чугунной сковородой.

— Вот тебе мухоморы… — успел он услышать.

Очнувшись, он решил, что, как бы там ни было, это не повод, чтобы бросать его здесь одного, а главное, отменять завтрак. Преодолевая слабость и головокружение, он встал, по стеночке выбрался из больницы и зигзагами двинулся прямо по середине улицы в сторону дома.

Когда он, мокрый и взъерошенный, появился на пороге, остальные уже заканчивали завтрак. У всех нашлось для товарища приветливое слово.

К Пухляку подошёл доктор Глюк и приставил к его груди специальную слушательную трубочку.

— Как себя чувствует больной? — поинтересовался он, наклонившись к трубочке. — Пульс и дыхание учащённые, но в пределах нормы. Я выписываю вас из больницы. С этого дня будете находиться под моим личным наблюдением.

Отдышавшись, Пухляк сел за стол и потянулся за мухоморами, которые нарочно поставили. Но тут доктор Глюк, подкравшись сзади, будто отбивая мяч ракеткой, ударил его чугунной сковородой по затылку. Пухляк тяжело завалился на бок, его подхватили, оттащили от стола и уложили спать.

А когда наступило время обедать, его ещё несколько раз треснули по голове сковородкой.

С этого дня дело пошло на поправку. Пухляк стал всё реже тянуться к мухоморам. «Лунная болезнь» стремительно отступала под натиском нового метода лечения доктора Глюка.

Как выяснилось позднее, приезжавший накануне профессор Чёртик-Горячкин сурово отчитал своего коллегу за попустительство. А больного обозвал дураком, занудой и пидарасом. И тогда Глюк незамедлительно принял на вооружение новую, уже известную нам методику лечения.