Основное событие

Год 3054-й. Человечеству удалось расселиться в межзвездном пространстве, но и туда оно прихватило присущую ему агрессивность. В один прекрасный день тысячи миров, заселенных людьми во Внутренней Сфере, объединились в достославную и процветающую Звездную Лигу. Когда в 2781 году Лига распалась и каждая из пяти составлявших ее звездных империй начала войны за гегемонию, пришла Эра Мрака.

На протяжении почти трех веков пять Лордов-Наследников сражались между собой, и битва эта получила название войны за Наследие. Погибли миллионы людей, целые миры переходили из рук в руки, но, несмотря на крайнее ожесточение обеих сторон и бесчисленные потери, ситуация менялась мало. Так продолжалось до 3049 года, до тех пор, пока Внутренняя Сфера не столкнулась с сокрушительной силой кланов.

Обладая превосходными военными машинами и пехотой, состоящей из сверхлюдей, эти воины — потомки легендарной исчезнувшей армии Звездной Лиги Александра Керенского — начали постепенно захватывать области Внутренней Сферы. Три года кланы не знали поражений, пока Ком-Гвардия не одержала победу при Токкайдо. Эта победа позволила наследным государствам заключить договор о пятнадцатилетнем перемирии, договор, оплаченный бесчисленным количеством жизней.

Токкайдское перемирие продолжается уже два года, но еле сдерживаемая ненависть между обеими сторонами, его заключившими, грозит в любую минуту взорвать перемирие изнутри. Соперничающие кланы совершают набеги на владения друг друга, раздувая огонь гражданской войны. Внутренняя Сфера вновь балансирует на грани апокалипсиса.

Но на этот раз шансов на выживание не остается ни у кого.

Тара, Нортвинд 23 апреля 3054 года

Когда задраенный люк «Бристоля» приоткрылся, холодный ветер, пропитанный множеством запахов, тотчас ринулся в застоявшееся нутро шаттла. Пассажир, стоявший у выхода первым, переминался с ноги на ногу и с нетерпением ждал, когда поднимется трап. Как только трап коснулся борта космического корабля, он выпрыгнул и сбежал по ступенькам. На «Бристоле» начали открывать остальные люки, а рабочие космодрома тем временем уже подъезжали на самоходных кранах и автокарах, чтобы разгрузить огромный корабль.

Джереми Роуз остановился и вдохнул полной грудью. Предрассветные ветры на Нортвинде обладали тем неповторимым запахом, который он помнил на протяжении многих лет, проведенных вдали от дома. Реальность оказалась куда лучше воспоминаний, но времени на сантименты не оставалось. Роуз заторопился к зданию таможни: прежде чем ему позволят ступить на улицы Тары, столицы планеты, предстоит пройти необходимый досмотр.

С привычной легкостью неся чемоданы, Роуз продвигался среди сновавших взад-вперед носильщиков. Он быстро прошел по мокрому гудрону дорожки и протиснулся к главному входу. Изумленные таможенники, одетые в предписанную уставом форму из плотной шотландки, подняли глаза на Роуза, который с силой толкнул неожиданно легко распахнувшуюся дверь. В другом конце помещения низкорослый человек, стоящий у длинной стойки, повернулся и посмотрел на Роуза, а окружавшие его младшие по чину таможенники тщетно попытались скрыть свое любопытство.

Пожилой человек с лицом хищника, судя по всему начальник поста, злобно зыркнув глазами в сторону Роуза, пригласил его к столу. Роузу не раз приходилось сталкиваться со столь примитивными типами. Начальник явно чувствовал себя королем своей маленькой комнаты и от всей души желал, чтобы Роуз осознал важность момента. С нарочитой медлительностью таможенник начал досматривать вещи вошедшего, и мечты Роуза о быстром и легком проникновении за заветную черту, отделяющую его от города, тотчас испарились. Казалось, прошла целая вечность, пока страж границ просматривал чемоданы, в которых, впрочем, не было ничего необычного или подозрительного.

Роуз был воином по рождению и воспитанию, и его вещи красноречиво говорили об этом. Воинский образ жизни был его единственным достоянием, а до недавнего времени и профессией. Возвращаясь на родину, он надеялся вновь заняться любимым делом. Как и большинство солдат, он путешествовал налегке. Три летных костюма в первом чемодане были точно такими же, как и тот, в который он был облачен сейчас. Теперь, после осмотра, одежда валялась на полу бесформенной кучей, что, впрочем, Роуза не очень-то волновало. Стоит только таможеннику закончить процедуру, и он опять запихнет их в чемодан — с той же небрежностью, что и всегда. Бритвенный прибор, нижнее белье, носки, ремни и ботинки подверглись подобной участи, увеличив беспорядочную кучу вещей. Через полчаса чиновник приступил к осмотру второго чемодана. Комната наполнилась пассажирами, которых Роуз обогнал, спеша попасть в город.