Осколки

Шевчук Владимир

Осколки (фантасмагория)

Харлану Эллисону - "Стеклянному гоблину".

Шрайку - повелителю боли.

По коже бегало множество сороконожек. Я чувствовал их, но не имел сил для противостояния. Сороконожки, то ползли по коже, то втянувшись под кожу ползли там. Они не могли, или не хотели останавливаться.

***** 6.50 Я чувствовал их движения, как ласковую щекотку, но смеяться не хотелось. С трудом встав с постели я пошел в ванную, тело было как чужое, но на нем ничего не было, никаких признаков ночного кошмара. Умывшись я долго изучал себя в зеркале, тщательно ощупывая тело. Hичего, абсолютно ничего. Приснится ж такое, а вроде вчера ничего и не пили. Hе на что подумать. Hе пил, не нервничал, спокойно лег спать и ..., черт провалился в такой кошмар. Так теперь быстро ем, и на работу. Hа завтрак были макароны, я наматывал их на вилку, и гроздьями ложил в рот. При этом создавалось впечатление, что в желудке они разматываются и начинают ползать, как черви, то тупо буравя стенки, то просочившись в вену несутся с кровью, желая оплести сердце клейкой массой. "Бррр! черт померещится ж такое", я быстро допил кофе и побежал одеваться. В голове колебалась какая-то муть, то застилая глаза, то закладывая уши. Я снова пошел в ванную и окатился ледяной водой. Hемного прояснилось, но не окончательно. "Черт с ним, теперь одеться и бегом, не то снова опоздаю". 7.20 Рубашка, брюки, куртка, каждая вещь касаясь тела, как будто соединялась с ним. Так, брюки приросли к волосинкам на ногах; рубаха, приросла к коже; а куртка осталась болтаться, как будто повешенная на плечики. Во всем теле кипели, странные процессы, но я все равно пошел. Дверь долго не хотела закрываться. То тигр-ручка кусал меня за руку, то бронированная дверь пыталась огреть по голове. Как можно быстрее провернув ключ в деревянной я схватился с железной. Это было суровое противостояние. Она скрипела, визжала, вырывалась из рук, била по рукам. Я придавил ее всунул ключ и ..., она начала его пожирать, из замочной скважины посыпалась металлическая труха. Черт я бросил все и выбежал на улицу. Появилось чувство, что я еще не проснулся, и все происходящее просто кошмарный сон, и с каждым мгновением это чувство крепло. Потому, что я сомневаюсь, что бывают машины-скорпионы, использующие в качестве топлива плоть водителя. А именно такие чаще всего и проносились, это не говоря уже об четырех-рукой собаке пожирающей свой хвост, и везущей ораву ребятишек??? Ребятишек? ну и нифига себе твари, у каждого ребенка было по десять верхних, и десять нижних щупалец, которые непрестанно шевелились, то переплетаясь со щупальцами других детей (при этом получались 40-80-100 щупальцевые твари), то втягиваясь под кожу собаки затягивая под нее и все тело, кроме головы, то выползая и расплетаясь, при этом в стороны летели обрывки щупалец и сгустки провонявшейся крови. Обдумывая увиденное я вышел к магистрали. "Маразм, как вырваться из этого бреда?". Мимо проходили знакомые люди, странно косясь на меня, за то, что я не поздоровался. А как я буду здороваться, если во время движения к троллейбусу я упал на асфальт, и пока полз по локоть стер правую руку. Левая нога вообще не ощущалась, и оглянувшись, я увидел, что вместо нее растет змеиный хвост, благодаря которому я и двигаюсь, потому, как правая нога, в этот момент трансформировалась во что-то бесформенное, желе удерживаемое от растекания, лишь тонкой полоской кожи. В ноге копошилось масса сороканожек, они то выползали наверх, разрывая ткань, и слизь брызгала маленькими фонтанчиками, но не долго (раны быстро затягивались), то пытаясь забраться внутрь бились о прорезиненную кожу, и потерпев поражение ползли к голове. Я перевернувшись на спину начинал отбиваться левой рукой, и иногда мне это даже удавалось, но крайне редко. А потому, через пару минут я ощутил, что мой мозг начинает перерабатываться, на какой то вариант муравьиной кислоты, и мысли постепенно теряют свое значение. Я попробовал встать, но сел только на корточки, т.к. ног не было, пошевелил обрубком правой руки из которого сочилась кровь, и выглядывали лохмотья уничтоженных асфальтом сороканожек, попытался открыть глаза, но их по всей видимости уже не было. Я сидел посреди тротуара, мимо шли по своим делам люди, проносились скорпомобили, и собакобусы полные людей. И никто не обращал на меня внимания. Я почувствовал, что волосы стоят дыбом, попробовал поправить их левой рукой, но нескоординировав движения оторвал голову, которая беззаботно покатилась в сторону трассы. Скорпомобиль пожрал ее, а догнивающее тело разлеглось среди дороги, под ногами ничего не замечающих людей. Которые походя мешали его с осенней грязью. 11.00