Осень без надежды

Рыжая Соня возвращалась домой. Собственно, она давным-давно не представляла, где именно находится ее дом, благо никогда не задерживалась долго в одном месте. Только минувшим летом Соне удалось надолго застрять в Туране — началась большая война с гирканцами, и дороги стали небезопасны не то что для одиноких путешественников, но и для больших, охраняемых караванов.

О возможном нашествии из Великой Степи, с Полуночи и из-за Вилайета слухи ходили уже давненько, но никто в царственном Аграпуре не мог предположить, что молодой гирканский каган Бурэнгийн столь быстро повернет свои тумены на казалось бы незыблемую и могучую Туранскую империю.

Словом, Султанапур, первый крупный город на пути степного кагана, пал в первый день весны нынешнего года. А потом… Череда больших и малых сражений, постепенный отход армий туранского повелителя на Полдень, потеря Акита, Самарры, Бельзины и наконец — решающая битва при Аграпуре, битва за Золотой Трон туранского императора. Единственным трофеем, который Соня получила в Аграпуре являлся меч старинной работы и вроде бы как с наложенными на клинок заклятиями против боевой магии. Меч остался в сонином невеликом хозяйстве не столько из-за древности и красоты, сколько по необходимости — Соня, пускай и была отличной лучницей, прекрасно понимала: в ближнем бою, буде такой случится, луком особо не попользуешься. Клинок в рукопашной надежнее.

…Аграпур пал после семи дней осады. Рыжая Соня, тогда входившая в число воительниц, охранявших императора, сумела выбраться из горящего города по чистой случайности — помогли природное чутье на опасность и неожиданный знакомец, бритунийский эрл Данкварт, родом происходящий из Бергиса…

Он действительно когда-то был эрлом и носил серебряную корону. Ему принадлежал замок Бергис в Бритунии, ленное владение с таким же названием, два рудника, десяток деревень и небольшой город, приносивший, однако, изрядный доход, благо стоял на основном торговом пути из Турана через Бритунию в Немедийское королевство. Путевые пошлины, налоги с купцов, десятина кметов, неиссякаемый источник серебра в Кезанкийских горах… Что еще нужно молодому эрлу, не столь уж и дальнему родичу светлейшего короля Бритунии, рано оставшемуся без родителей и сделавшемуся полноправным господином собственного маленького государства? Однако именно всевластие и повседневная рутина управителя круто изменили его судьбу — Данкварт возжелал изменений. Ему стало скучно — истинно дворянская привилегия.

Бедствия Данкварта, в те времена привлекательного юноши и богатого жениха, на которого посматривали даже благороднейшие девицы из Нарлака, мечтающие об удачном замужестве, начались незаметно и в то же время внезапно.

Отцовская библиотека, собираемая в древнем Бергисе многими годами, всегда оставалась для Данкварта лишь хранилищем знаний о прошлом, записанных на коже или папирусе мудростей старых времен или собранием хозяйственных книг княжества. Когда безвременно скончался отец, смертельно раненый на поединке чести, а затем от горя отошла за круги видимого мира мать, Данкварту пришлось самостоятельно знакомиться с хитрой наукой управления подвластных ему земель, унаследованных от доблестных предков, отвоевавших некогда Бергис (как, собственно, и всю Бритунию) у воинственных немедийцев и надменных подданных Турана.

Юный рыцарь до той поры мало интересовался старинными манускриптами, его более привлекали турниры при дворе короля Ариорикса, путешествия или любовные приключения с прекрасными девами.

Рукопись, лежавшая на самой пропыленной и дальней полки библиотеки и случайно попавшаяся на глаза Данкварту, буквально свела его с ума. Назывался старинный гримуар, датированный 608 годом от основания Аквилонского королевства странно: «Настоящее чародейство, магия и колдовские ухищрения, используемые людьми, одаренными талантом волшебства».

Утомленный хозяйственными делами Данкварт взялся за переплетенный зеленоватой кожей небольшой манускрипт лишь ради того, чтобы развеять скуку. Волшебство? Это просто здорово!

Полную ночь мерцали свечи в спальне эрла Данкварта. Утром он приказал управителю замка немедленно подготовить лошадей, взял десяток охраны и ускакал к своему серебряному руднику, располагавшемуся на закатном склоне Кезанкийских гор. Впервые за всю историю копей благородный эрл спустился вместе с наемными рабочими в шахты, долго бродил с лампой по нескончаемым туннелям, будто что-то выискивая, а когда поднялся наверх, старый десятник дружины Бергиса, служивший еще отцу Данкварта, заметил в глазах юного господина нездоровый блеск.