Оружие победы

— Так. Вставьте заготовку C81 в разъём 1/24, — Сэм перевёл взгляд от экрана ноутбука на своего соседа по палатке. — Иван, ты опять дрыхнешь?

— И чему вас только в Массачусетском Технологическом учат? — Иван, почесав грудь волосатой рукой, лениво поднялся с койки и подошёл к столу. — Ну, что тут у тебя?

— Вот, — выпускник МТИ продемонстрировал обрезок трубы и пластмассовую пластину с четырьмя просверленными отверстиями разной формы. — Не влезает.

— Хм, действительно, — сделав пару безуспешных попыток, произнёс Иван. — А ты не пробовал трубку другим концом вставлять?

— А? — Сэм недоумённо посмотрел на коллегу.

— Учись, студент! — инженер–механик повернул заготовку C81, и та с лёгким щелчком вошла в нужный паз. — Ладно, дальше сам разбирайся, — он сунул получившуюся конструкцию Сэму в руки. — Я на улицу, пройдусь. Надоело торчать тут.

Иван надел рубашку с нашивками Инженерного Корпуса, нахлобучил панаму и отодвинул полог палатки. На него тут же нахлынула волна жара. Инженер скривился, но переступил порог и выбрался наружу.

Оба солнца планеты Сарда припекали во всю. Благодаря им днём в пустыне температура редко когда опускалась ниже 65 градусов по Цельсию. В дикой жаре выживали лишь гигантские, с полметра длиной, шестиногие ящерицы да тукумзы — высокие, зеленовато–коричневые растения, чем–то напоминающие мексиканские кактусы.

Впрочем, в пустыне могли жить не только тукумзы.

— Я научу вас, мать вашу, родину любить, мать нашу! — до Ивана донёсся зычный рык сержант–майора Вайта. — А ну–ка, быстро подняли свои жопы и побежали вокруг периметра! Раз–два, раз–два, раз–два, левой–правой, раз–два. Блэк, подбери пузо, Рич, утри сопли, ты же космодесантник!

Инженер обошёл палатку и направился к центру лагеря. Вайт, развалившись в шезлонге под тентом, попивал только что вытащенное из сумки–холодильника ледяное пиво, и периодически покрикивал на взмыленных десантников.

Увидев проходящего мимо военспеца, сержант–майор оскалился в приветственной улыбке, отчего его испещренное шрамами лицо приобрело непривычное выражение.

— Опять гоняешь своих парней. Не надоело? — поинтересовался Иван.

— Ну, дык, иначе эти обезьяны совсем жиром обрастут, — сержант–майор смачно рыгнул. — Рико, ты что это там встал и яйца чешешь? А ну–ка, вперёд!

Не желая вмешиваться в процесс патриотического воспитания, Иван кивнул Вайту и направился к ближайшей палатке. Здесь, аккурат возле казармы, под неусыпной охраной двух космодесантников, хранилась самая ценная вещь на базе — трансфинитная пушка.

Пройдя мимо вояк и стараясь не обращать внимания на царившую внутри духоту, инженер подошёл к орудию. Пушка стояла на трёх подвижных опорах, сделанных из меледена. Легкий и в тоже время чрезвычайно прочный металл загадочно поблёскивал в полумраке.

Иван провёл рукой по чуть шероховатому стволу и подергал за рукоятку зарядного механизма. — Уже скоро… — прошептал инженер.

Следующим местом, куда он зашёл, стал водоcборник. Вода на Сарде встречалась редко, три четверти территории планеты покрывали пустыни. Поэтому колонизировать столь уютное место пока никто не спешил, да и вообще, корабли нечасто посещали мульти–солнечную систему. Зато Сарда, ввиду своей непопулярности и отдалённости от основных звёздных трасс, являлась лучшим полигоном для секретных испытаний нового оружия.

Водосборник представлял собой пару насосов, день и ночь качавшие воду из пробуренной две недели назад полукилометровой скважины. Живительная влага вначале попадала в трёхсотлитровый бак, а затем по пластиковым трубам поступала в палатки. Впрочем, способ добычи воды сейчас Ивана интересовал меньше всего.

Рядом с баком стоял небольшой деревянный ящик, выкрашенный в белый цвет. Из цистерны к нему тянулся змеевик, который исчезал в дыре, просверленной в крышке. От чересчур любопытных, ящик надежно запирался на висячий замок. Это было настоящее произведение искусства, подлинная копия вещи из двадцатого века. Замок и ключ к нему Иван вырезал из цельного бруска титана, ещё когда учился на четвёртом курсе Академии и сдавал зачёт по истории технологий.

Оглядевшись по сторонам и убедившись в отсутствии посторонних, инженер уселся на корточки и отворил крышку. Устройство, находившееся внутри, одновременно выполняло функции кондиционера, многослойного фильтра и самогонного аппарата.

— Надо будет потом ещё тукумзов нарезать, — инженер–механик потыкал пальцем в наполовину пустой контейнер, в котором бродили кактусы. С некоторым усилием Иван извлёк из ящика запотевшую полутора литровую бутылку, на две трети наполненную светло–зелёной жидкостью.

— Дрогнем! — он сделал приличный глоток. — Ыхх! — глотку словно обожгло огнём, который тут же сменился холодом. Язык занемел, а на глаза навернулись слёзы.

— Хороффо, — выдохнул естествоиспытатель. По вкусу полученное пойло чем–то напоминало текилу, но только послаще. Да и покрепче, градусов под семьдесят, не меньше.