Орден Вероятности

Кристина Выборнова

Нуску, друг Шамаша,

ты – судья, рассуди мое дело. Этот сон,

что вечером, в полночь или на рассвете

был принесен мне, который ты знаешь, а я не знаю:

если он несет добро, пусть его добро не минет меня,

если он несет зло, пусть его зло не достигнет меня,

да не будет он моим! Как не может этот вырванный тростник

вернуться к своему месту, как эта отрезанная кайма моей одежды

к моей одежде не может вернуться, ибо она отрезана, зло этого сна,

который вечером, в полночь или утром был принесен мне,

да не достигнет меня, он – не мой.

Древневавилонское заклинание

Я понятия не имею, зачем я согласилась пойти в эту секту. Сколько себя помню, никогда не верила ни в какие потусторонние силы: ни в богов, ни в чертей, ни даже в порчу и сглаз. Хотя в последнее почти поверила из-за прошлогодних событий… Но именно почти. Служба в правоохранительных органах лишила меня последнего шанса обрести мистическое мировоззрение. Пускай работала я не в убойном отделе, а по нетяжким преступлениям, все равно какой только чуши и пакости не навидалась. А заодно могла бы и спиться, если бы в принципе имела склонность к алкоголизму. Потому что «Дорогая Ирина Пална, мы те самые родители того самого мальчика, который вместе с другими мальчиками побил третьего мальчика. Ну, с кем не бывает! Примите от нас презентик – очень хороший коньячок!»

Если у меня были силы и время, то подобные посетители вылетали из кабинета пулей вместе со своими «презентиками», но некоторые, особо упорные, все же умудрялись что-то там мне подбросить. Большую часть я выкидывала, а меньшую, без сахара и с крепким градусом, иногда оставляла, чтобы при случае что-нибудь продезинфицировать…

Ну вот, так о чем я говорила. День был тогда, кажется, пятница, домой я пришла пораньше и собиралась, собственно, отдохнуть, но этому помешали племянники, Арина и Савва. После прошлогодних событий они половину времени жили у бабушки, а половину – у меня, поскольку бабушка была не в силах их выдерживать. Да и я, в общем, тоже терпела с трудом.

На работе я часто имею дело с подростками, и в целом они, даже правонарушители, меня раздражают гораздо меньше, чем совсем маленькие дети. Поэтому я и вписалась во всю эту возню с племянниками: решила, что люди они уже взрослые, одной пятнадцать, другому тринадцать, так что много внимания от меня не потребуют.

В целом, могу сказать, что никогда так не ошибалась. Нудное и призывное «Тетя Ира-а» целыми днями гуляло у меня в ушах. Дети, оставшиеся всего год назад без родителей, по моему разумению, должны были вести себя как-то потише: по крайней мере не придираться к моей еде, не требовать купить новые кроссовки каждую неделю и хотя бы иногда помогать убираться и мыть посуду. Ну, с другой стороны, что я хочу: яблочко от яблоньки недалеко падает…

Вот и в пятницу, как только я пришла, меня прямо на пороге встретили раскиданные грязные ботинки Саввы, заляпавшие всю прихожую, а когда я попыталась все-таки войти в комнату, проход загородила Арина.

От ее фигуры немного померк льющийся из комнаты свет: девушка она была корпулентная, ростом почти с меня – то есть примерно 170 см., а шириной гораздо больше. В принципе, я бы слова не сказала, поскольку и сама не из природно-худых, просто на службе лишнее подтянула плюс ушли кило на нервной почве – если бы вся Аринина одежда не была ей мала размера на три. Сейчас вот на ней были джинсы, из которых бока и живот лезли, как тесто из квашни, а вверху руки поджимала коротенькая цветастая кофточка с огромным вырезом, через который виднелся кружевной лифчик. Довершали этот кошмар немытая, зато крашенная в зелено-розовый голова и полкило косметики на прыщавом лице.

– Где Савва? – устало поинтересовалась я. – Скажи ему, чтобы он не раскидывал свои кроссовки. Невозможно пройти и грязь. Савва, иди протри за собой!

– Ща-а-а… – раздался тягучий голос из комнаты, которая раньше принадлежала моей матери, а теперь – детишкам-сиротам. Даже не заглядывая туда, я могла точно описать, что поделывает племянник: лежит пластом (то есть квашней – Савва тоже отличался лишним весом) на кресле-пуфике, не сняв уличные штаны и рубашку, и играет в приставку.

– Тетя Ира-а-а! – тем временем издала Арина привычный клич. – А давайте мы собачку заведем? Смотрите, я вот корги хочу, а Савва – бультерьера. Но були же уродские, корги лучше, скажите?