Опекун, или Вместе навсегда

– Меня зовут Даррен Льюис. Эм… Мне тридцать три года. И да, я владелец «Юнити Плюс Корпорэйшн».

– Расскажите о своей жизни, мистер Льюис.

– В основном работа, – он задумался. – Я стараюсь самостоятельно контролировать все отрасли своей корпорации. Это требует некоторых усилий, – усмехнулся он. – На все остальное элементарно не хватает времени.

– Под «всем остальным» вы имеете в виду личную жизнь? – последовал вопрос.

– И ее тоже, – коротко ответил он.

– Однако многие источники сообщают о вашей невероятной… кхм… – интервьюер смутилась, – любвеобильности. Таким количеством женщин не может похвастаться ни один холостяк мира. Модели, актрисы, популярные певицы, а зачастую и неизвестные никому персоны.

– Это ведь просто секс, – равнодушно ответил он, еще больше смущая журналистку, – если у меня не будет хватать времени и на это, то какой смысл существования, если вся моя жизнь только работа? Построить семью – это совсем другое. Ввиду высокой занятости я пока не могу себе этого позволить, – кивнул он. – Наверное, я хочу семью, но не могу выйти из привычной для меня зоны комфорта: немного отпустить управление, передав его уже имеющимся в моей компании управленцам, и заняться поиском «той самой», способной вызвать мое доверие и невыносимое желание, наконец, остепениться именно с ней. Если только семья сама не свалится мне на голову и у меня вдруг не останется выбора, – пошутил он.

– Это звучит как вызов для настойчивых женщин.

– О, нет! Вы меня неправильно поняли. Если завтра ко мне в дом завалится очередная моя любовница с багажом, то я просто съеду от нее в другой свой дом, – засмеялся он.

– Но вы же сами сказали… – возмутилась журналистка.

– Будьте внимательнее. Я сказал: «если у меня не останется выбора», – он улыбнулся своей обаятельной улыбкой, – но вряд ли существует женщина, во власти которой лишить меня этого самого выбора. Я сам готовлю, хотя и не часто, ввиду постоянных деловых и не только встреч в ресторанах. У меня даже домработницы нет, не люблю посторонних людей в доме. Я в состоянии самостоятельно поддерживать порядок в месте, в котором живу. Два раза в месяц туда приезжает клининговая служба. Во всяком случае, так мне говорят, потому что я их не вижу. В их договоре четко обозначено, как только они попадаются мне на глаза, мой секретарь ищет новую клининговую компанию. Ну, насчет достатка секса в моей жизни вы уже наслышаны. Разве мне кто-то еще нужен? – он задумался, вспоминая новые пункты. – Нет, пожалуй, все.

– А как же одиночество? Вы не чувствуете себя одиноким? Есть же еще душевная сторона отношений. Которой у вас, получается, нет.

– Меня все устраивает. Я общаюсь со своими женщинами, но чаще всего это общение ограничивается чем-то вроде светской беседы. Или же моя партнерша толком не понимает, о чем я, потому что начало моего рассказа слушала другая женщина… может, даже не одна. Это удобно. Я не выстраиваю каждый раз новые связи, все эти конфетно-букетные периоды не для меня. Я занятой человек, у меня нет возможности растягивать отношения. Если бы сегодня я пригласил вас на ужин, подарил бы вам цветы, а потом невинно проводил бы вас до дома, то высока вероятность, что больше бы мы не встретились. Хотя и после секса мы, скорее всего, не встретимся, но зато оба получим от наших краткосрочных отношений максимум. Мы ведь уже не школьники и прекрасно понимаем, к чему это все ведет. По итогу: если мне понравится больше, чем обычно, то мы можем повторить.

– Мнение партнерши не учитывается? – немного нападая, спросила женщина.

– О, поверьте, еще никто не отказывался от моего предложения повторить, – он самодовольно усмехнулся.

– Складывается впечатление, что вы слишком самоуверенны.

– Я же не хвастаюсь, – засмеялся он, – я просто стараюсь честно и емко отвечать на ваши вопросы.

– Тогда вы должны закончить. У вас же бывают мысли, которыми вы не можете поделиться со своими девушками-однодневками. В такие моменты разве не появляется чувство одиночества? Не возникает желания иметь рядом человека, которому можно излить душу?

Он всерьез призадумался:

– Для разговоров по душам у меня есть Эми. Это моя старшая сестра. Иногда я звоню ей… редко… только в исключительных случаях.

– Вы никогда не рассказывали о своих родственниках, – подталкивала его интервьюер.

– А зачем? Они живут скромной провинциальной жизнью. Им это не нужно.

– Вы помогаете своей семье? – не оставляла его журналистка, зацепившись за эксклюзив.

– Моя сестра запретила высылать ей деньги, но предупредила, что однажды может попросить меня об одной-единственной услуге, – он замолчал, вспоминая на мгновение тот разговор.

– Ну и? О чем же она попросила?

– Пока ни о чем. Когда я думаю об этом своем обещании, мне кажется, я подписал чек, не указав сумму, – он хохотнул, – словно моя сестра поймала меня на крючок. И возможно, она до конца моих дней ничего у меня не попросит, и ей просто хочется, чтобы я был у нее в должниках, – он засмеялся.

– Вы не боитесь, что она попросит слишком много? Все ваши деньги? Корпорацию?