Он (мой) Порок

Карие глаза… Русые волосы обрамляют маленькое личико с курносым носом и пухлыми губками… Этот носик недовольно морщится, а губки растягиваются в неестественной милой улыбочке. Сладкой, невероятно сладкой, но фальшивой.

Эта девчонка вся насквозь поддельная и фальшивая. И сама судьба вдруг жертвой бросила её к моим ногам. И теперь ей точно не убежать и не спрятаться… Теперь — нет!

Наблюдаю за ней сквозь стеклянную дверь, а когда она остаётся одна, открываю эту дверь и прохожу в холл большого гостиничного комплекса. Я здесь проездом. Но определённо задержусь.

Дождавшись, когда холл опустеет, приближаюсь к ресепшену и, выставив локти, наваливаюсь на глянцевую поверхность стойки. Пробегаю взглядом по камерам, подвешенным к потолку, подмечаю отсутствие охраны и немноголюдность в этот поздний час. Прокашливаюсь в кулак, привлекая к себе внимание.

Девушка переводит на меня взгляд, её губ касается приветливая улыбка, а потом в глазах всплывает узнавание. Улыбка становится вымученной и такой же фальшивой, как минуту назад.

— Чем могу помочь? — интересуется она слабым голосом.

Что ж… Решила сделать вид, что не знает меня? Это интересно…

— Мне нужен люкс, — расплываюсь в надменной ухмылке.

— На ночь? — уточняет она, и голос её дрожит, а лицо становится белым, как бумага.

— Не знаю, — равнодушно пожимаю плечами, с наслаждением наблюдая, как её глаза расширяются в испуге. — Пока на ночь… а там — как пойдёт.

— Мест нет, — выдыхает она неправдоподобно и тут же косится на целый ряд ключей за спиной.

Поцокав языком, подаюсь вперёд, наваливаясь на стойку, и почти касаюсь подбородком её лица. Тяжело выдохнув, опаляю её кожу жаром собственного дыхания, а когда она делает шаг назад, выбираясь из моего личного пространства, хватаю её за руку и рывком притягиваю обратно.

— Ты лжёшь! — впиваюсь в неё злым взглядом. — Впрочем, как и тогда, помнишь?.. Ты такая лживая…

Осекаюсь. Взгляд цепляется за её губы, которые она кусает почти до крови, и глаза, полные ужаса. Похоже, я произвёл эффект своим появлением.

— Дай мне ключ, Лиз… По-хорошему дай.

Она вскидывает подбородок, её взгляд становится пристальным и немного гневным. Девчонка практически швыряет ключ мне в лицо, вырывает руку и отступает.

О-о… Кажется, мы отрастили коготки! И передо мной не просто шмакодявка, которую можно раздавить двумя пальцами, а шмакодявка с гонором!

— Документы, — говорит она, вновь натягивая на лицо дежурную вежливую улыбку.

Бросаю на стойку права.

— Занесёшь, как закончишь, — подмигиваю ей.

И тут же удаляюсь к лифту.

Тело приятно покалывает в предвкушении. Три года жизни были потрачены на то, чтобы найти эту девчонку. И теперь её жизнь станет моей. Нашей…

Поднявшись в номер, даже не осматриваюсь. Бросаю ключ возле мини-бара, снимаю пиджак и швыряю его на кресло, расстёгиваю верхнюю пуговицу рубашки, освобождая шею…

Лиза… Она совсем не изменилась. За благочестивой маской прячется всё та же лгунья. Она думала, что спряталась достаточно хорошо, но ошиблась. От нас не спрячешься…

Извлекаю телефон из кармана брюк. Пишу короткое сообщение другу:

«Я её нашёл».

Следом высылаю адрес. Друг тут же отвечает:

«Сокол, ты уверен?»

Блядь… В чём? В том, что это она? Или в том, чего она заслуживает? Так вот: я уверен в каждом из пунктов. Поэтому отвечаю коротко:

«Да».

Три года назад

Сокол

— Ну и кто она такая? — интересуюсь у друга, а сам взгляда не свожу с девчонки.

Малолетка и серая мышка. Никто из моих друзей с такими не связывался. В наш порочный мир такие просто не заходят. Разве что могут заблудиться или попасть сюда по глупости. Серые мышки вроде этой минут через пять убегают отсюда с криками. А она здесь уже полчаса и даже не покраснела ни разу, созерцая окружающее пространство. Это вызывает во мне интерес.

— Она нужна мне для дела, — отмахивается Ян, поднимаясь. Обернувшись, одаривает девчонку лучезарной улыбкой. А потом, уже с плотоядной усмешкой на губах, сообщает мне: — Ну, может, не только для дела…

— Для какого дела, Колесников? Говори, а то меня распирает любопытство, — криво ухмыльнувшись, расслабленно наваливаюсь на кожаную спинку дивана и закидываю руки за голову.

Ян тоже лыбится, падает обратно на диван напротив меня и, выставив локти на стол, подаётся вперёд и говорит, понизив голос:

— Она только приехала в город и ни черта тут не знает. Мы можем стать её лучшими друзьями…

— Нахрена?

— Если инфа подтвердится — возможно, она та, кто поможет в нашем деле.

— Это твоё дело, — отбриваю, тут же потеряв интерес и к другу, и к девчонке.