Оковы снов

Яркий свет бил по глазам, Кей щурилась и прикрывалась ладонью. Она смеялась, пробираясь вслед за Вэноа по зарослям, парящим от полуденного зноя. Трава щекотала босые ноги, ветви деревьев так и норовили хлестнуть по лицу, но больно не было, наоборот – приятно, успокаивало разгорячённую кожу. Кей слышала мерный шум воды вдалеке, видела спину идущего перед ним Вэноа, чувствовала ликование и лёгкость от по-детски бесхитростного счастья – просто сейчас, просто потому, что хорошо… Она уже знала, что это всего лишь сон. Сон, который повторялся бесчисленное количество раз. Кей знала, чем он закончится – поверх радости накладывалось щемящее чувство безысходности. Тревоги.

Несколько лет назад, когда сны только начали сниться, она пыталась что-то изменить – предупредить Вэноа, закричать в последний момент, дёрнуть за руку, но голос её не слушался, рот раскрывался в немом крике, а ноги, словно жившие отдельной от разума жизнью, бежали туда, куда им положено. По сценарию сна. Со временем Кей смирилась и покорно досматривала сон до конца. Вот и сейчас всё повторялось – беспомощность душила, она пыталась как могла оградить сознание от боли, но была вынуждена следовать за Вэноа, чтобы…

– Эй, красавица, проснись, скоро стыковка! – из сна Кей вырвали окрик и резкое потряхивание за плечо.

Не сразу сориентировавшись, она едва не подскочила в кресле, ремни не дали. Успокоилась, замерла, выдохнула. Табло в конце салона сообщало, что до стыковки остаётся семь минут.

– Спасибо, – Кей поблагодарила соседа напротив. – Да не за что, – мужчина в годах дружелюбно улыбнулся. – Мне показалось, что тебе кошмар снится. – А-а-а?.. – застыв с непонимающим взглядом, Кей не сразу догадалась, о чём речь. – Да, наверное, я не запоминаю снов.

Для пассажиров стыковка проходила незаметно – зелёные буквы оповестили, что можно отстёгиваться и направляться к выходу. Наконец Кей и остальные на борту лайнера прибыли на перевалочную базу, важную точку пути, из которой расходилось множество маршрутов. Людской поток разделился на траволаторах – большинство спешило к линии выдачи багажа, а Кей вместе с дюжиной пассажиров устремилась к региональному терминалу. Её транспорт прибывал через три часа, делать всё равно было нечего, и в ожидании она присела на металлическую скамью. Кей достала из рюкзака питательный батончик, не с первого раза справилась с упаковкой и вонзила зубы в безвкусную массу. Конечно, можно было приобрести обед в кафетерии станции, но в приоритетах вкусная еда не числилась – лучше сэкономить почти сотню кредов. Когда прибудет на новое место работы, её покормят – работодатель обеспечивал своих сотрудников от и до: начиная с еды и заканчивая одеждой, стоившей с учётом особенностей климата недёшево.

Люди сновали мимо Кей, которая, запив свой скудный обед водой из бутылки, наблюдала за ними: в основном мужчины, в одиночку, группами, семей почти не встречалось. На это влияло, скорее всего, расположение станции – вокруг по большей части находились сектора систем с сырьедобывающими планетами либо с теми, что были признаны перспективными.

Кей как раз направлялась на одну из таких – Кнаере, – работать в бригаде, занимающейся геологоразведкой. В толще горной породы искали, как обычно, крайне ценные полезные ископаемые, ничего нового. Образование позволяло Кей быть оператором на бурильных установках, а вот всё остальное по-настоящему пугало. Не представляла она, как можно выжить при стабильных минус тридцать градусов в условиях полной автономии – связь с цивилизованными секторами была крайне нестабильной, а транспорт на Кнаере летал раз в месяц.