Окончательно

РАУЛЬ КАБЕЗА ДЕ ВАКА

ОКОНЧАТЕЛЬНО

Перевел с английского Андрей НОВИКОВ

Во второй половине двадцать первого века любой, кто мог себе позволить жизнь в он-лайне (а большинство тех, кто имел постоянную работу, мог это позволить), жил там. В декадентском прошлом аристократ, зевая, говорил: "Заботиться о себе? Для этого есть слуги". В этом веке вы нанимали людей, чтобы те ухаживали за вашим "бренным" телом, в то время как ваш мозг, снабженный имплантированным биоэлектронным интерфейсом, был связан с виртуальной "плотью", способной обитать в любой желаемой реальности. Вы могли жить в любом времени и пространстве, стать императором или звездопроходчиком, реализовать любые желания. Главный компьютер выступал в роли сказочного джинна.

И все же...

Глен Арита знал, что его виртуальная жизнь подходит к концу, однако не особенно по этому поводу тревожился - по крайней мере, на первых порах. Но время слушания неумолимо приближалось, и когда юрист Ариты предупредил его, что вердикт предрешен, он наконец-то осознал, что ему грозит. Его просто-напросто сотрут.

Ночь Арита провел в Обители Драконов, родовом поместье в горах. Замок был огромен. Арита мог себе позволить такую виртуальную роскошь, имея хорошую работу (финансовые прогнозы для бизнесменов и промышленников). Арита отдыхал в своей спальне и размышлял, не допустил ли какой-либо ошибки. Да, он провел много жестоких войн, но только отстаивая свои принципы. Поначалу он не испытывал никакой личной вражды к своим противникам. Это они атаковали его первыми! А он лишь дал им достойный отпор. Но сисопы - системные операторы, как всегда, встали на сторону его врагов.

И теперь его ждет окончательный приговор. Удаление из системы! Ариту переполняли горечь и гнев. Он им еще отплатит! Как-нибудь, но отплатит. "Решили меня стереть? Я еще вернусь, клянусь. Придумаю что-нибудь. И переверну всю вашу систему вверх дном!"

Огромные часы на восточной башне пробили пять раз. Он не заметил, как пролетела ночь. Слушание назначено на восемь.

Нет, он не станет ждать, когда его сотрут. Он просто отключится от системы. Проблема лишь в том, что он давно этого не делал. И понятия не имел, чего ожидать. Он подошел к хрустальному шару и вызвал своего юриста Мэрил Прассер. В прозрачной сфере появилось усталое лицо.

- Да?

- Мэрил? Это Глен Арита. Я не намерен ждать, пока меня сотрут. Я отключаюсь.

- Что? Глен, я еще спала. Который час?

- Неважно. Просто передай им, что я отключаюсь. Окончательно. И слушание уже не нужно. Хорошо?

- А как же апелляция? У тебя есть право...

- Забудь о ней. Я свяжусь с юристом в реальном мире и подам на них иск. Крупный иск. За ущерб.

- Что ж, удачи. Думаю, у тебя есть основания. Но еще я думаю, что, отключаясь, ты совершаешь большую ошибку.

- Я так не считаю. До свидания, Мэрил. И спасибо.

- Глен, ты дурак. Ты знаешь, как трудно будет уговорить другую службу ВР

принять тебя? Ты заработал международную репутацию сетевого скандалиста.

- Да пошли они... Я еще вернусь, не сомневайся.

- Надеюсь, тебе понравится в реальной жизни.

- Получу свежие впечатления. А заодно поправлю свои финансы. У нас, виртуальщиков, обслуживание тела съедает половину годового дохода.

- Будто я этого не знаю, - с горечью подтвердила Мэрил. - Мне почти каждый месяц приходится одалживать, чтобы оплатить счет за обслуживание. Да, живя в ВР, на черный день не накопишь.

Хрустальная сфера погасла, но в ней замигал огонек, подсказывающий, что его ждет сообщение. Это оказался текстовый файл.

Глен, твое слушание завтра, и я надеюсь, что ты получишь то, что заслужил, паршивый ублюдок. Ты не умеешь себя вести среди цивилизованных людей. Ты злобный, самоэгоистичный и лицимерный жлоб, возомнивший себя богом, и я надеюсь, что ты так и останешься в реальной жизни, где тебе самое место вместе с остальными люмпен-пролами. Жри дерьмо и сдохни! Твой приятель, Джон Пеннер (Мастак)

- Очаровательная любовная записочка, - пробормотал Глен. Он извлек было клавиатуру, чтобы сочинить ответ, но передумал. Какая разница? Ему никогда больше не придется иметь дело с этим кретином. Пока он не вернется. И уж тогда побеседует со стариной Мастаком.