Охотница для оборотня (СИ)

Я умирала. Я чувствовала, как жизнь вытекает из меня вместе с ручейком крови, становившимся всё тоньше и тоньше. Я ощущала смертельный холод, и это не был холод снега, на котором лежало мое израненное тело. Я услышала шум и с усилием открыла глаза, поддавшись отчаянной надежде. Но легкий скрип снега, какой не мог произвести человек, и последовавший за ним волчий вой уничтожили мою надежду. Конечно, звери почуяли меня, истекающую кровью. Волки… По крайней мере, я не способна больше чувствовать боль. Я умру быстро. Надеюсь…

Я слышала, как они приближались. Все ближе и ближе. Вой послышался совсем рядом. Наверное, я бы вздрогнула от страха, если бы могла еще чувствовать свое тело. Если бы могла еще чувствовать страх. Я мысленно усмехнулась. Надо мной склонился зверь, заслонив звезды. Звезды? Так вот почему темно, сейчас ночь, поняла я. Волчья морда исчезла, вновь открыв мне небо. Я даже не пыталась удивляться, почему еще жива. Наверное, зверь где-то рядом, ждет остальную стаю.

Думаю, я потеряла сознание на какое-то время, потому что, когда вновь пришла в себя, я почувствовала, что меня куда-то волокут. Я не могла повернуть голову, чтобы посмотреть, но решила, что это волк.

- Да, подожди ты, глупое животное! Ты ж так ей последние кости переломаешь! – Голос раздался внезапно, и я подумала, что наконец-то начался спасительный бред.

Я почувствовала, меня отпустили, и некоторое время неподвижно лежала на снегу. Затем надо мной склонился человек, светя в лицо фонарём. Я непроизвольно зажмурилась.

- Фу ты! Жива еще! – В голосе человека слышалось облегчение. – Потерпи, милая, совсем немного осталось.

Он убрал источник света и приподнял меня, переложив на что-то более твердое. Я поняла, что это сани, лишь когда продолжилось движение. Меня куда-то долго везли. Я несколько раз теряла сознание. Затем осторожные руки вновь подняли меня и переложили на постель, покрытую шкурами. Судя по дыханию, в помещении находилось несколько человек.

- Ну и зачем ты притащил ее сюда? – Рассерженно шептал женский голос.

- Они ушли, - ответил тот, кто принес меня.

- Собаки могли учуять, - не отставала женщина. – Или вернутся, добить раненых.

- Осталась только она. – Он заметил, что я смотрю на них, и улыбнулся мне:

- Все будет хорошо, девочка, спи.

Я послушно закрыла глаза.

- Что ты собираешься делать? – Зашипела женщина. – Нет! Ты не можешь!

- Я могу ей помочь, и я это сделаю. – Он начал осторожно снимать с меня одежду. – Не мешай, Стелла.

Я слышала, как она выбежала, хлопнув дверью. Чувствовала прохладу воды, когда он промывал мои раны. Его дыхание касалось моего лица. Я слышала, как он шептал, почти пел, непонятные мне слова, все ускоряя ритм. А потом пришла боль. Нет, не так – БОЛЬ! Она поглотила мой разум, мои мысли, осталась лишь жестокая, испепеляющая боль. Она наполнила все тело огнем, жар которого сжигал последние крупицы жизни во мне.

«Все!» - Подумала я перед тем, как провалиться в темноту.

Было тепло. Я с трудом открыла глаза и постаралась оглядеться. Я лежала в небольшом помещении. Бревенчатые стены, низкий потолок. Пахло землёй и хвоей. В открытой печурке потрескивал огонь, освещавший комнату, на плите стоял чугунок. На скамеечке у огня сидел человек. Он обернулся, почувствовав мой взгляд, и тут же поднялся и подошел ко мне.

- Как ты себя чувствуешь? – Спросил мужчина, приложив руку к моему лбу. – Все еще горячо, - пробормотал он.

- Я умерла? - Голос был хриплый и каркающий, первые слова дались тяжело, они царапали горло, будто отказываясь выходить наружу.

Арон поднялся и зачерпнул ковшом воду из деревянной бочки, дал мне напиться. Стало легче.

Я вспомнила страшную боль, пожиравшую мое тело, и подумала, что все-таки должна была умереть.

- Пошевели рукой. – Сказал он.

Я подвигала пальцами, затем подняла обе руки к лицу. Шрамов не было. Я попыталась приподняться. Это мне почти удалось, было на удивление легко, пока не начала кружиться голова. Я легла обратно и приподняла прикрывавшую меня шкуру, я была обнажена. Почувствовав смущение, решила пока больше не двигаться. Мужчина с улыбкой смотрел на меня.

- Что ты чувствуешь?

- Голод, - с изумлением ответила я. – Кажется, быка бы съела. Можно даже сырого.