Охота на ведьму

Что-то там творится в королевстве Флуаронис? Со стороны кажется, будто жизнь идёт своим чередом и только невиданная за последние столетия жара нарушает привычный ход вещей. Воздух над этими землями дорожит от зноя, навевающего на людей беспечную скуку и, в зависимости от социального статуса, благородную лень.

В таверне царили прохлада и полумрак. Густой пивной дух преобладал над всем остальным, и даже запах только что вымытого дощатого пола растворялся в прогорклом застарелом дурмане перебродившего солода. Иногда порыв тёплого ветра заносил в распахнутое окно едва уловимый аромат жасмина и, вместе с ним, несколько ослепительных лепестков.

Изредка в зал проникали весёлые солнечные лучики, которые безвозвратно пропадали в глубине огромного некрасивого зеркала. Зеркало это висело над широкой барной стойкой и имело форму безобразно неаккуратного овала, слегка искажённое отражение терялось в его безрадостных глубинах, живо иллюстрируя особенности питейного заведения. Весьма средняя, но, тем не менее, уютная таверна, с доступным каждому путешественнику перечнем услуг.

За стойкой, как обычно, возвышалась необъятная фигура Клотильды – владелицы трактира «Перевёрнутая подкова». Это была миловидная женщина с открытым веснушчатым лицом, смешливая и очень габаритная. Особенно приковывали к себе внимание неохватная талия, стиснутая потрясающим всякое воображение корсетом и мощная грудь, на которой, практически параллельно полу лежал серебряный медальон. На голове Клотильды, скрывая кудрявые волосы, вот уже несколько лет красовался унылый вдовий чепец.

– Я тебе прямо скажу, – глубоким грудным голосом вещала хозяйка из-за стойки единственному посетителю таверны, – бегут, как скипидаром намазанные. Со всех углов. В окрестных королевствах поговаривают, что давно уже не видели такого числа праздношатающихся магов, ведьмаков и колдунов. Я вчера на рынке узнала от зеленщицы, будто драпают чародеи на Запад не случайно – прошёл слушок, что грядут в магическом мире какие-то странные перемены, будто сам Великий Совет готов собирать манатки и двигать свои бренные магические тела из Фариджо вглубь королевства. Вот, взять тебя. Ты рядом с Площадью живёшь, сам видел, сколько за последние недели через наш город волшебников прошло – просто конца-края нет.

Коренастый стрик, облачённый в рабочие штаны и холщовую рубаху, кивнул из-за стойки. У него был скучающий вид. Посетитель вяло отхлебнул из огромной кружки большой глоток пива, и с тоской воззрился в глубины мерцающего зеркала. Ещё бы! Он был мастером-зеркальщиком и не мог без содрогания смотреть на это чудовищное творение чьих-то неумелых рук.

Приходил зеркальщик в эту таверну уже не первый год. Приходил, скорее по привычке, нежели по каким-то другим причинам – пиво здесь подавали весьма посредственное, а иногда даже и разбавленное. Влекло же сюда мастера именно зеркало – массивное и подавляющее в своей безобразности. Зеркало это было наследством покойного мужа Клотильды, доставшимся ему в свою очередь то ли от бабки, то ли от тётки… И вот уже который год Клотильда, верная памяти почившего супруга, отказывалась снимать это чудовище со стены.

– Баруз, ты малый сведущий, – хозяйка, яростно трущая тряпкой огромный медный поднос, прервала своё занятие и доверительно склонилась над задумавшимся посетителем. – Ну, скажи мне, что такое происходит? – Женщина с мольбой изголодавшейся сплетницы взирала на спокойное лицо старика. Тот сидел, подперев рукой подбородок, и размышлял о том, что всего лишь неполный час работы может превратить безобразное зеркало хозяйки таверны в весьма изящную деталь интерьера.

– Думается мне, что вся эта шумиха, действительно неспроста. – Наконец произнёс он. – На днях при дворе Атийского короля умер старый маг – входивший, кстати, в состав Великого Магического Совета. Ну и, конечно, чародейное место – пусто не бывает, рвутся претенденты на должность. Само собой, отбор строгий, требования высокие, а работёнка – не бей лежачего. Ерунда всякая бытовая – контроль за границами, борьба с природными катаклизмами – дождь в засуху, снег в морозы и всё такое. Ну и по мелочи – мор там остановить или расшалившихся привидений приструнить.

– А я нутром чувствую. Нутром. Не в этом дело. Что-то грядёт, ой, вспомнишь ты ещё меня, вспомнишь. – С этими словами женщина снова склонилась над Барузом. Перед носом зеркальщика всколыхнулась невероятных размеров грудь с массивным серебряным медальоном. – Я тебе скажу по секрету, – вполголоса начала Клотильда, приблизившись к уху посетителя, – живёт у меня постоялец, явно из ЭТИХ… И никуда не торопится, чувство такое, будто выжидает чего-то…

Баруз закатил глаза и хлопнул кружкой об стойку:

– Да брось, Клотильда, везде тебе мерещится колдовской заговор! Говорю же, ищут твои маги место потеплее, только и всего.