Охота на ректора, или Маскарад в академии зельеварения

Дверь хлопнула так, что с потолка посыпалась штукатурка. Декан рецептурного факультета Эдриас Куртис уселся за свой стол, откинулся на спинку кресла и шумно вздохнул. Успокоиться не вышло. Злость все так же разгоняла кровь и застилала разум. Место ректора должно было достаться ему, а не этой выскочке. Ему, а не зеленой девчонке. Потер лицо, а потом со всей силы ударил кулаком по столу. Вот ведь… Встал с места и прошелся по кабинету. Бесполезно… В висках стучало по-прежнему.

Подошел к секретеру, извлек оттуда початую бутылку с темной тягучей жидкостью и бокал. Налил немного и тут же опустошил с нетерпением страждущего. Налил еще. Постоял, раздумывая, убирать ли бутылку, но в конце концов прихватил ее с собой за стол. Завтра от выпитого будет не по себе, но зато сейчас полегчает. Думать, как забирать свое, надо на холодную голову.

Посмотрел на часы. Сегодня совещание с попечительским советом закончилось совсем поздно. Уже ушли и секретари, и преподаватели. Значит, смеяться над его поражением Королевская Академия зельеварения будет завтра. Так себе денек выйдет. Но ничего, Эдриас Куртис свое возьмет. Еще никогда не случалось, чтобы он не получал желаемого. Вопрос лишь в методах и сроках.

Скрипнула дверь, и в кабинет вошла Мадрия Ворт, председатель попечительского совета академии. Эдриас скривился в ухмылке. Никак утешить пришла, сердобольная душа… Ну что ж, он не против утешиться прямо сейчас.

— Не волнуйся, — проворковала Мадрия, огибая его стол, — думаю, она пробудет ректором только до осеннего маскарада. Наверняка папочка-король решил найти для девочки занятие, пока не подыщет ей мужа. Академия для нее — перевалочный пункт между учебой и супружеским ложем, — тут она улыбнулась, обозначив на щеках игривые ямочки, — Станция, откуда девочка отправится из детства во взрослую жизнь.

— И по этому случаю я не получил должность, к которой шел последние пять лет, — ворчливо заметил Эдриас. Поймал взгляд Мадрии. — А ты знала, что так будет, но ничего не сказала.

— Я узнала о приказе короля вчера днем, а нашу встречу ты отменил. Вот и не было повода поделиться.

Гостья обошла кресло, на котором сидел декан, и остановилась у него за спиной. Наклонилась и нежно, но уверенно провела ладонями от шеи Эдриаса к груди. Мужчина прикрыл глаза и откинул голову. Ровно так, чтобы она могла поцеловать, если захочет.

— Я понадобился сыну, — прошептал Эдриас хрипло. Руки у Мадрии были просто волшебными, злость тут же уступила место желанию.

— Случается, — спокойно заметила гостья и отступила на шаг, будто играя. — Думаю, мне пора познакомиться с юношей. Что скажешь?

Эдриас поднялся с места и неторопливо обновил жидкость в бокале.

— Не хочешь выпить?

— Нет, — она приподняла бровь. — Я задала вопрос.

— Со смерти его матери прошло три года, не так много времени. Не думаю, что Эниль готов принять новость, что у меня появилась другая.

— И тем не менее она появилась, — Мадрия сверкнула на него вишневыми глазами.

— Да. — Эдриас поставил бокал на стол и приблизился к гостье. Огладил ее бедра и притянул к себе. Посмотрел сверху вниз и облизнулся. Даром что любовница на три года старше, хороша до безобразия. Наклонился к ее шее и прошептал, подразнивая и не отпуская от себя: — Ты очень красивая, когда злишься. Будь моя воля, взял бы тебя прямо здесь.

— Так что тебя останавливает? Боишься, что нас застанет новый ректор и ты потеряешь авторитет в ее глазах?

Мадрия сильнее прижалась к нему бедрами, и Эдриас довольно улыбнулся. Хочет острых ощущений? Почему бы нет… Тем более что в кабинет просто не сможет зайти посторонний. Магия не позволит. А свои давно разбежались по домам. Погладил ее шею, запустил ладонь в шевелюру и притянул к себе для поцелуя. Сейчас эту женщину хотелось растерзать.

Запах ее духов дурманил, стоны разогревали кровь, а юбки костюма постоянно мешались и распаляли еще больше. Эдриас рычал, злился, целовал и гладил свою гостью. А когда они оба окончательно потеряли разум, усадил Мадрию на стол, пристроился между ее ног и занялся штанами. Любовница обняла его бедра своими, и он не сразу смог скинуть лишнее.

От возни с одеждой отвлек скрип двери в кабинет. Эдриас оторвался от любовницы, поднял глаза и столкнулся взглядом с новым ректором. Девчушка залилась краской, испуганно моргнула и прошептала растерянно:

— Никого нет, а дверь открыта.

И тут же вылетела вон. У Эдриаса пропало всякое желание продолжать. У Мадрии, похоже, тоже.

Он с запоздалой нежностью погладил ее по щеке и улыбнулся.

— Кажется, это знак, что для любовных похождений следует выбрать другое место.

— Да, — с досадой выдохнула Мадрия, но отстранилась от мужчины и спрыгнула со стола, — я все время забываю, что здание рецептурного факультета столь древнее, что почти живое, и требует уважения.