Огонь Ра | Том I

…Вообще-то бортстрелок должен уметь обращаться с любым базовым стрелковым вооружением, но старый полковник МихЛивиус на своих лекциях в летной академии любил повторять:

— Ваша главная задача — вести плазменный бой, уничтожая периферические цели. Если же таковых нет, дублировать атаку главных оружейных установок корабля.

И как всегда какой-нибудь особо «умный» бортстрелок задавал вопрос:

— А как же личное плазменное оружие?

— А личное плазменное оружие, — продолжал полковник, — вам адепты-бортстрелки нужно для того, чтобы ценная аппаратура корабля вместе с базами данных и шифрами эфирных волн не попала в лапы к рептилиям после вашего вероятного крушения и в случае вашего маловероятного выживания при проигранном космическом столкновении.

Голова еще гудела после падения. Может, из-за этого я некоторое время находился в состоянии оцепенения, без всяких мыслей пялясь на затертую надпись «ФаэтонАрми», выгравированную на матовой рукояти облегченного офицерского бластера. Атмосфера земли гораздо плотнее чем дома. Когда закончатся кислородные таблетки в дыхательной маске, дышать будет тяжело, скорее всего, до этого не дойдет. Да и судя по «повадкам» рептилий, после атмосферного боя стоит ожидать зачистку вероятных мест падения наших сбитых кораблей, так что в полной мере «насладится» хвойным воздухом Земли времени, я думаю, не хватит. Наш корабль «Трайдер» — когда-то блестящий всеми маскировочными пластинами на строевых смотрах — сейчас почти полностью зарыт в грунт Земли. Гравитационные аварийные щиты сработали в самый последний момент, и пилоту удалось не превратить нас всех в лепешку, посадив искорёженное судно в лес, поистине густой, почти полностью состоящий из огромных секвой лес.

— Я все, — объявил Штурман, выбираясь из срезанного люка корабля. — Жахнет, мало не покажется.

ЛарНолий был на пару лет моложе меня, но старше по званию, хоть и прослужил на флоте чуть больше года. Переведенный из информационных войск на передовую он поражал всех своей скоростью мышления. Говорили, что из-за худощавого телосложения ему не хватило нескольких баллов до квалификации пилота. Как видно из ситуации, ему повезло — пилот, лечТехник и главбортстрелок не пережили аварийной посадки. И вот теперь по директивам борт штурмана он минировал судно, предварительно удаляя все базы данных и прочую секретную информацию, в том числе все что предназначалось для внутреннего пользования.

— Надо уходить, — процедил я. — Скоро тут будет рептилий больше, чем в планетарном зоопарке.

— Террариуме, — поправил меня Лар. — Это же рептилии, были бы насекомые, был бы «инсектарий».

— Кто за них только не воюет, не удивлюсь, если среди наемников окажутся млекопитающие или птицы, — парировал я.

Закрепив вещмешки на спины эко-костюмов, мы марш-броском покинули место крушения. Чем дальше, тем лучше. Если хвостатые придут к мысли, что кто-то выжил, то местность будет зачищена по спирали золотого сечения — от места крушения корабля во все стороны света.

— Идет война, Лик. Мы давим рептилий на всех пластах, во всех реальностях, все это очень скоро закончится. Я должен быть там.

Казалось, что она меня даже не слышала. Лика уткнулась лбом в мою грудь так, что я сквозь парадный китель ощущал, как вжимается в тело эмблема семилучевого солнца (символ межпланетного союза солнечной системы Ра), расположенная на левой нагрудной части мундира.

— Ну и пусть! Мы бьем их во всех Мирах, тебе не обязательно там быть. Я могу поговорить с моим дядей, он классифицирует тебя негодным для войны. У тебя же «шумит» сердце, все из-за твоего дурацкого бега, твое сердце — оно…

— Не говори глупостей, это всего лишь спортивное сердце. У многих оно «шумит».

Я поднял ее рыжеволосую голову так, чтобы наши носы коснулись. Глаза Лики были закрыты, как у ребенка, который всем своим видом хочет показать свою обиду. Уходящие вниз от глаз слезные дорожки размыли ритуальный макияж, и теперь румяные круги на щеках больше походили на два неаккуратно разрезанных смуглой линией кожи яблока.