Огненная бездна. Часть 1

В рекламных проспектах о ресторане "У доброго доктора" говорилось, как о старейшем питейном заведении Ганимеда. Якобы в начале двадцать второго столетия его открыл сосланный на спутники Юпитера экстремист, по юности обучавшийся на ветеринара. Животных здесь и поныне почти не водилось, а потому пришлось ветеринару-экстремисту все больше пользовать людей, на чем и заработал он стартовый капитал для открытия ресторации. Правда это, или досужие вымыслы, Анри Беллар не знал. С одной стороны, в западном полушарии к тем временам стало нарастать недовольство, вызванное затянувшимся Африканским конфликтом, и сосланных на освоение космоса хватало. С другой, он был уверен, что даже пятьсот лет назад, заключенным, возводящим первые ледяные рудники полагались штатные врачи. Слишком уж дорого вставала в те годы доставка новых зеков к самой большой планете Солнечной системы.

Как бы там ни было, здание ресторана "У доброго доктора" считалось одной из самых старых построек Джекпота, города, выросшего на развалинах заброшенного рудника. Низкая широкая башня, сложенная из здоровенных глыб водяного льда, нынче она торчала почти в центре этого великолепного города развлечений.

Прибежище торговцев и проституток, место отдыха шахтеров, добытчиков водяного льда, и военных, чьи заправочные станции кружили на орбите. Здесь можно было снять девочек, или заплатив сумасшедшие деньги насладиться вкусом суши из натуральной рыбы. Можно было проиграть целое состояние, и точно так же это состояние выиграть. Первое впрочем случалось куда как чаще. Джекпот, единственный город развлечений отсюда и до самого Марса. Крупнейшее поселение на внешних планетах Солнечной системы. Шестьдесят девять тысяч семьсот одиннадцать человек, не считая прикомандированных, наподобие скучающего капитан-лейтенанта Беллара.

Декорирован ресторан был на диво просто, голые ледяные стены, с еле заметным термопокрытием, да залитый пенобетоном пол. Торжество минимализма казалось бы, но внимательный взгляд мог заметить, как переливаются, накладываясь друг на друга радужные всполохи света, отраженного ото льда. Свет играл, рождая легкую паутину оттенков, что ежесекундно менялись, делая обстановку сказочно красивой, ажурной, легкой. Оптический дизайнер должно быть обогатился на этом заказе.

Столь незаметно вплести в термопокрытие отражающие поверхности мог только истинный мастер.

Пока Беллар наслаждался третьей порцией арманьяка, из за рыже-коричневого диска Юпитера наконец то выглянуло Солнце. Здесь, с расстояния более пяти астрономических единиц, Солнце выглядело маленьким ярким пятнышком, но даже этого ничтожного света, проникшего в ресторан через прозрачную крышу, хватило что бы отполированный лед вспыхнул подобно сверхновой. Анри удержался, и не вскинул руку, защищая ладонью глаза, неведомый оптический дизайнер и в этом оказался настоящим мастером. Только вспыхнув, свет ослаб, колыхаясь, создавая иллюзию будто бар это огромный аквариум, полный прозрачной водой.

Единственное, что выпадало из концепции минимализма, так это мебель. Роскошные деревянные столы на витых ножках, мягкие диваны со светлой обивкой, даже под ноги были предусмотрены удобные низенькие подставки. Все для комфортного отдыха дорогих гостей. Очень дорогих! Две поллитровые бутыли "Жанно", разлива двадцать восьмого года, обошлись ему в недельное жалование! Но Анри, будучи поклонником изменчивого вкуса "Жанно", не жалел. Позабыв закупиться на Земле, он не мог упустить последний шанс приобрести любимый арманьяк. Анри сильно сомневался, что подобный "Жанно" напиток изготавливают на Иллионе. Колония, пусть и старая, развитая, никогда не превзойдет метрополию, это он знал точно.

Ресторан постепенно заполнялся народом. В одной из кампаний, прошедших мимо него к свободным столикам у стены, Анри узрел знакомое лицо. Довольно известное в Солнечной системе лицо, лицо Жаклин Эстефании, корреспондента информационных серверов "Все новости Лиги". Прославившаяся двадцать лет назад серией скандальных репортерских расследований о перегибах при подавлении сепаратистов на Большом Шраме, дама эта отличалась крайне негативным отношением ко всем носящим военную форму Лиги. Впрочем военные платили ей той же монетой. Вот и сейчас, едва заметив парадный китель Анри, она скривилась, будто увидев жабу, и едва ли не силком потащила своих спутников к самому дальнему от офицера столику.

По счастью пока еще свободному, люди только начинали заполнять просторный зал с прозрачным потолком.