Одноклассники

Меня зовут Индиана Сергеевна Ковальская. Мне еще повезло, что моя мама большая поклонница Харрисона Форда, а не скажем, Сильвестра Сталлоне. Представляю, если бы меня назвали Рокки или Рэмбо. Б-р-р.

Начался последний учебный год. Наш одиннадцатый «Б» собрался впервые вместе после летних каникул. Мальчишки возмужали, девчонки похорошели. После торжественной части в школе мы собрались на своем обычном месте в школьном саду, за зданием библиотеки. По кругу пошла бутылка вина. Отхлебнув глоток, я передала ее Алинке. Ко мне подошел Женька Листровой и плюхнулся рядом на скамейку.

— Привет, Инди.

— Здорово. Чего хотел?

— Соскучился, — улыбнулся парень.

— Да ну?! А я нет, — отвернулась я.

— Инд, давай, когда школу закончим, поженимся, — прошептал он мне на ухо.

Я расхохоталась. Ребята уставились на нас с Женькой.

— Слушай, ты больной?! На Вашем банковском счете недостаточно средств для совершения данной операции, — продолжала я веселиться, — Нет, вы слышали, он меня замуж зовет.

Женька вскочил со скамейки. На скулах яркий румянец, зеленые глаза сверкнули и скрылись за занавесом ресниц.

— Рад, что тебе весело. — Схватив сумку, он забросил ее на плечо, и резко развернувшись, зашагал прочь.

— Инд, ну зачем ты так с ним? — тихо сказала Алинка, — Что он тебе плохого сделал?

— Да ну его, — махнула я рукой.

Следом за Женькой поднялся Максим и, послав в мою сторону убийственный взгляд, отправился догонять Листрового.

Ребята замолчали, повисшая тишина давила на нервы.

— Да, ладно, что вы, в самом деле? Ну, хотите я перед ним извинюсь?

— Было бы неплохо, — ответил Олег.

— Торжественно клянусь, что завтра принесу Листровому свои извинения.

Я еще в прошлом году заметила, что он кидает в мою сторону долгие многозначительные взгляды. Так что его влюбленность сюрпризом для меня не стала. Удивило другое, так сразу взял быка за рога. Мог бы предложить встречаться, а то… Замуж. Смешно.

Посидев еще немного, стали расходиться. Мы с подругой пошли вместе. Живем по соседству. Дома, находятся на одной улице, друг напротив друга. Из моей спальни, видно окна Алинкиной комнаты.

— Инд, ты в этом году на Айкидо ходить будешь? — спросила подруга.

— Наверное, не решила еще.

— Девчонки сказали, что в секции новый тренер появился. Двадцать три года, красавчик, Русланом зовут.

— О! Ну тогда схожу, посмотрю. Когда тренировка будет?

— В пятницу. А со следующей недели как обычно: вторник, четверг и суббота.

— Ок!

Родителей дома не было, только старший брат.

Мишка в этом году заканчивал магистратуру по направлению телекоммуникационные системы и уже получил предложение о трудоустройстве в Силиконовой Долине. Пока он еще не дал согласия, но чувствовалось, что под давлением нашего папочки, скорее всего, согласится.

— Миш, а где предки? — спросила я, скидывая туфли на шпильке в прихожей.

— Отец сказал, что у него совещание какое-то важное, будет поздно. А маман уехала к тете Свете, видимо там и останется, потому, как из бара пропало все мартини, — отозвался братишка.

Знаю я его совещание. Новая секретарша Олеся. Сама эту выдергу на прошлой неделе у отца в кабинете видела. Декольте — сиськи наружу, юбка — по самое не балуйся. А маман, наверное, поехала к тете Свете горюшко свое горькое заливать. Да, та еще семейка у нас. То ли дело у Алинки. Отец мать на руках носит, в единственной дочери души не чает. Мне бы так. Стоп. Зависть — плохое чувство.

На следующий день я вылеживалась до последнего, пока не зашел Мишка и не сдернул с меня одеяло.

— Если хочешь, чтобы я тебя до школы довез, у тебя пятнадцать минут, — сказал брат и вышел за дверь.

Нехотя я слезла с кровати и, натянув джинсы и белый свитер из тончайшего хлопка, отправилась чистить зубы.

— Миш, налей мне кофе, — попросила я, учуяв аромат только что сваренного божественного напитка.

— Уже налил, поторопись, не хочу на пару опоздать, — крикнул он из кухни.

Братец высадил меня перед зданием школы, а сам рванул на бешенной скорости через весь город к универу.

Я вошла в класс и на меня уставились двадцать пар заинтересованных глаз. Ах, ну да, я же извиниться обещала. Как же это чертовски трудно просить прощения. Ладно, друзья, шоу начинается.

Подойдя к Женькиной парте, я кинула красноречивый взгляд на сидящую с ним и беззаветно влюбленную в него Танюшку Реутову.

— Брысь! — тихо сказала я.

Татьяна, молча, собрала вещи и пересела. Опустившись на стул рядом с Листровым, я вытащила из сумки планшетник и демонстративно положила на парту.

— Жень, извини меня, — сказал я так, чтобы слышал весь класс.

Он повернулся ко мне.

— За что?

Так значит?! Ну что ж, сам напросился.

— Извини, что не могу ответить на твои чувства, так как мое сердце принадлежит другому человеку.

Женька смотрел на нее и чувствовал, как в сердце впивается игла боли. Знал, что она жестокая, но чтобы так при всех…

Он усмехнулся.

— Извиняю. Место освободи.

— Ок!

Я снова села за одну парту с Алинкой. Подружка толкнула меня локтем в бок.

— Зря ты так. От любви до ненависти один шаг, — прошептала она.