Одна Галактика на двоих

Каждый, кто посвятил жизнь дипломатической работе в службе межпланетных контактов Горры, знал, что населенные планеты родной галактики никогда не перестают удивлять бесконечным разнообразием. Куда бы ты ни поехал – обязательно найдешь новую еду, новые обычаи, новые цвета кожи и языки, новую технику и даже целые новые науки и культуры.

Разнообразие было бесконечно, однако между всеми планетами и городами на них имелось одно сходство: крылатые горианцы везде привлекали к себе внимание. Технология, благодаря которой избранные люди на Горре воспарили в воздух, требовала специфических горианских условий, начиная от климата и заканчивая гравитацией, поэтому пока ни одна планета ее не скопировала, как медицинские технологии и телепатические навыки.

В результате накануне своего столетия он занимался тем же, что делал и шестьдесят-семьдесят лет назад, направляясь на свидание с инопланетянкой – прятался от повышенного внимания местной публики в закрытом индивидуальном транспорте, который на Кастимии называли каром.

Вспомнив, как учился управлять этой жуткой неповоротливой машиной на антигравитационной подушке, горианец усмехнулся про себя – поначалу это казалось едва ли сложнее, чем выучиться летать. На Горре, где индивидуального транспорта не существовало, люди к такому не привыкли.

И это была далеко не единственная сложность, с которой он столкнулся на Кастимии – но постепенно привык ко всему. И к палящей жаре, и к другой еде, и к местным жителям с фиолетовой коже и крайне скудными навыками в телепатии. Кроме того, он нашел на этой планете немало важных плюсов, одним из которых были удивительно красивые женщины.

Одна из них вот-вот должна была появиться. Глаза горианца слегка расширились от удовольствия и возбуждения, когда он заметил ее на другой стороне дороги – кастимианка выпорхнула из такси на другой стороне улицы и уверенным шагом направилась к нему. Эта девушка, в отличие от него, находилась у себя дома и чувствовала себя соответственно.

Подол шелкового платья обвивался вокруг ее стройных фиолетовых ног, а декольте дерзко приоткрывало восхитительную грудь. Пару лет назад она одевалась как монашка, и он посвятил немного времени тому, чтобы научить ее выбирать платья. С тех пор, одеваясь на встречи с ним, она никогда его не щадила – но он не имел ничего против, получая огромное эстетическое удовольствие.

Пока она шла, он успел трижды пробежаться по ней взглядом, обратив внимание не только на грудь и ноги, но и на необычную прическу с затейливой косой. А глаза и даже ее нежные полные губы транслировали встревоженное состояние – что было не удивительно, учитывая то, какое сообщение он прислал ей пару часов назад.

– Привет, – выдохнула она, опускаясь на сидение кара рядом.

Он поздоровался, автоматически проверяя эмоциональный блок, который, конечно же, прочно стоял на месте. Значит, кастимианка с ее средним уровнем никак не могла узнать, какие страсти его обуревают при одном лишь взгляде на ее тело. В то же время ее эмоции были полностью доступны – и тревога, и дружелюбие и, что было особенно приятно, небольшое сексуальное притяжение. Последнего было совсем немного – но это все же лучше, чем ничего.

– Ты сказал, что это очень важно…, – тихо начала она.

– Да, Авьем, это важно, – кивнул он, подавляя желание коснуться ее черных блестящих волос. Сейчас, когда он вот-вот мог потерять ее, его тянула к ней безжалостная непреодолимая сила. – С Горры направляют следователя, так что, похоже, игра окончена.

С ее приоткрытых от изумления губ сорвалось кастимианское восклицание, густые ресницы опустились и задрожали.

– Почему ты думаешь, что он так сразу тебя раскроет? – осведомилась она еще тише.

– Не сразу, но раскроет, – уточнил он. – Судя по тому, что я слышал, это опытный следователь с отличной командой. У него запредельный телепатический уровень и еще два высших помощника, не говоря уже о других компетенциях.

Снова тихо пробормотав что-то кастимианское, она обняла себя руками и начала дрожать, а из ее эмоций полилась такая сильная детская тревога, что он дальше не стал с собой бороться, и молча привлек дрожавшую девушку в объятия.

– Тише, тише, – прошептал он, чувствуя, как ее тело напрягается в безмолвном сопротивлении.

Постепенно она сдалась и позволила ему погладить себя по полуобнаженной спине, прежде, чем осторожно отстранилась.

– Наш план в силе, не волнуйся, – негромко сказал он, глядя в глаза. – Я останусь на несколько дней и присмотрю за тобой, а потом исчезну. Прикрою тебя, как всегда – они ничего не заподозрят.

– И я смогу признаться когда захочу? – шепотом спросила она.

– Да, если ты все еще этого хочешь, – подтвердил он. – Или…

– Я буду скучать по тебе.

В ее голосе снова послышалось что-то детское и умоляющее, а эмоции указывали на отчаяние, и он невольно улыбнулся. Было приятно знать, что кастимианка привязалась так же, как он – к ней.