Одинокий мститель. Убийство в госдепартаменте.

Крутой детектив США

Уильям Макгиверн

Одинокий мститель

Эдвард Аронс Убийство в Госдепартаменте

Крутой детектив США. Выпуск 14: Сборник Романы:

Пер. с англ. Р. Н. Поппеля, И.Р. Сендерихиной -

СПб.: МП РИЦ «Культ-информ-пресс»,1996. - 302 с. — (Выпуск 14).

ISBN 5-8392-0115-4

Уильям Макгиверн

Одинокий мститель

I

Было около девяти вечера, когда раздался телефонный звонок. Полицейский снял трубку:

— Отдел по расследованию убийств. Говорит Нили. — Несколько мгновений он вслушивался, не вынимая изо рта сигарету, от которой к потолку поднимались облачка дыма. — Хорошо, высылаем дежурную группу, — сказал он, — прямо сейчас. — Положив сигарету на край выщербленной крышки стола, он взял карандаш: — Ваша фамилия и адрес? — И вновь сунув сигарету в рот, начал быстро писать в журнале, лежавшем возле его локтя.

В большой ярко освещенной дежурке с обшарпанными стенами и убогой казенной мебелью находились трое полицейских. Двое играли в карты на письменном столе, стоявшем перед шкафами с документами. Третий, высокий поджарый мужчина с удлиненным интеллигентным лицом, размеренно вышагивал по комнате, заложив руки за спину. На скамье за деревянной конторкой, протянувшейся на всю длину помещения, сидел патрульный в форме, а рядом с ним — негр. Молодой, атлетически сложенный нарушитель, казалось, от страха пытался втиснуться с головой в свой поношенный костюм.

Прервав на время свое занятие, игроки бросили взгляд на хмурого Нили, продолжавшего писать. Один из игравших, полицейский по фамилии Кармоди, мужчина с усталым осунувшимся лицом и жидкими волосами, безучастно посмотрел в окно. Мелкий моросящий дождь упорно не желал прекращаться.

— Можно было заранее сказать, что без работы мы сегодня не останемся, — недовольно пробормотал он.

Его партнер Кац, спортивного вида мужчина, на грубом лице которого были заметны следы многочисленных боксерских поединков, безразлично пожал плечами.

— Кто-нибудь всегда набедокурит в такую погоду, — негромко произнес он.

Шагавший по комнате детектив остановился и посмотрел на коллег:

— Жаль, что надо заниматься этим, — он кивнул в сторону молодого негра, — а то бы я не прочь сопровождать вас, джентльмены, в маленькой прогулке под дождем.

— Конечно, Берк, могу поспорить, ты был бы не прочь, — иронически отозвался Кармоди.

Нили, сыщик за конторкой, высокий человек с яркорыжими волосами и лицом, напоминающим мордочку шотландского терьера, положил телефонную трубку и сделал пол-оборота на своем вращающемся стуле. Глянув на часы над шкафами, он спросил:

— Когда обещал вернуться Бэньон?

Остальные полицейские тоже посмотрели на часы.

— Около восьми, — сказал Берк и добавил через пару секунд: — Он звонил с Девятнадцатой улицы, предупредил, что немного задержится.

Нили постучал костяшками пальцев по столу. Лицо его оставалось хмурым.

— Что случилось? — спросил Берк.

— Звонила жена Тома Диэри, — ответил Нили. — Говорит, он только что покончил жизнь самоубийством. Застрелился.

— Боже ты мой, — сказал Кармоди.

— Он ведь работал в управлении? — задал риторический вопрос Берк.

— Зачем ему понадобилось пускать в себя пулю? — спросил своим мягким негромким голосом Кац.

— Может, ему надоело платить по счетам, — сказал Кармоди.

— Черт побери, разве это причина?

— Чего не знаю, того не знаю, — сказал Кармоди, потирая ладонью усталое лицо. — Со мной он своими планами не делился.

Нили снова посмотрел на часы.

— Подождем Бэньона ещё пару минут, — сказал он. — Об этом происшествии они потребуют полный отчет.

— Да, когда дело касается полицейского, им нужно знать всё до мелочей, — сказал Берк, возобновляя хождение по комнате.

Кармоди зажег сигарету и бросил спичку на пол. Тишину в комнате нарушали лишь удары дождевых капель об оконное стекло.

Когда умирает полицейский, естественной смертью или насильственной, на дверях участка, где он работал, вывешивают маленький черный флажок. Газеты помещают несколько строк, посвященных покойному, а мэр или полицейский начальник направляют его семье письмо с выражением искреннего соболезнования. Совсем другое дело самоубийство. Оно означает, что покойный был слабаком, неврастеником, дураком — в любом случае не тем человеком, который способен стоять на страже жизни и имущества других граждан. Или же самоубийство может означать нечто ещё более безнравственное, потенциально опасное для тесно спаянного, замкнутого полицейского мирка.

— Он был отличным парнем, — сказал, продолжая вышагивать по комнате, Берк. — Отличным честным парнем.

— Мне тоже так говорили, — сказал Кармоди, глядя на часы. — Как получилось, что его жена позвонила именно нам, Нили?

— Она знакома с работой полиции, — сказал Нили. — Сначала связалась по телефону с главным управлением, потом с нами. Знает, что почти все случаи самоубийства проходят через нас. Из управления могут позвонить в любой момент.

В дежурке вновь наступила тишина. Время от времени полицейские поглядывали на прикрепленный к стене репродуктор. Вскоре, будто слова Нили были сигналом, в нем послышалось металлическое покашливание и бесстрастный голос полицейского диспетчера произнес: