Очерки Тартарии. Начало (СИ)

Нож длиной в локоть и шириной в три пальца - очень убедительный аргумент в финансовой дискуссии.

- Где деньги, Бундок? – громила в изодранной грязной хламиде чихнул. Запахло чесноком.

Два его приятеля пожелали ему поправиться от простуды.

- Спасибо, друзья, - громила вытер нос. – Так куда ты запрятал деньги?

Подёргав связанные за спиной руки, Бундок решил поупираться. Вдруг что-нибудь за это время произойдёт? Ночная стража решит проверить притон на окраине Хеннета, или бандиты внезапно умрут от простуды. Денег было очень жалко.

На каменной лестнице загрохотали чьи-то шаги. Дверь в подвал распахнулась. Вошли два стражника с тупыми мечами на перевязях.

Сегодня мне везёт, ободрился Бундок: не зря я молюсь, иногда, правда, но всё же, младшему богу счастья.

- Где деньги? – прохрипел самый здоровый, и очевидно потому старший стражник.

- Не нашли ещё, - пожал плечами громила. – Не говорит.

- Поторопитесь, - второй стражник, с полуоткрытым ртом, и висящей под носом паутиной соплей, глянул на Бундока. – Нам скоро с караула сменяться.

- Сделаем сейчас всё, сделаем, - заверил его бандит и провёл лезвием ножа по ноге жертвы. – Чего молчишь? Видишь, люди торопятся!

У разочарованного Бундока расслабились мышцы и воля. Надеяться не на кого, наконец-то понял он.

- В трактире «Большой хобот», в моей комнате, на двери которой нарисован лопух, - хлюпая носом, ответил он. – Под доской в подоконнике.

Стражники посмотрели на бандитов.

- Ну чего стоите? – рявкнул старший. – Бегите за деньгами. Мы вас на улице, около входа в подвал подождём.

Бундока одолела печаль. Через два дня истекал срок уплаты по векселям банковскому дому «Мамба». А с ними не то что шутить, улыбаться не надо. Он вдруг вспотел, хотя в подвале было прохладно. Его же могут сейчас просто зарезать!

Стражники, грохоча деревянными подошвами сапог и лязгая мечами по каменным ступеням лестницы, ушли вслед за бандитами. Бундок вскочил и побежал за ними. Сейчас он закричит на улице, что его грабят!

Но он споткнулся на последней ступеньке и упал, как-то боком выпав из дверей на холодную, сырую землю. Задёргался, пытаясь встать. Со связанными руками не получалось. Рядом с ним присел стражник, напарник бугая. От него пахло кислятиной.

- Ты не дёргайся, и не шуми, - посоветовал он и шмыгнул носом. – Вдруг тебя убьют бандиты, а нам потом их искать. Так что полежи спокойно.

Земля холодная, подумал Бундок, отнимет тепло у меня, а встать не дают. О боги, боги далёких родных лесов, вы не поможете одному из своих детей!

Он впал в полузабытье, его начало знобить. Вскоре тяжело дыша, прибежали бандиты.

- Сорок две золотых монеты, шесть серебряных и тридцать одна медная, - харкая и сплёвывая, сказал один из них стражникам.

- Половину нам, - старший протянул руку.

- А с этим что? – громила кивнул на лежащего Бундока. – Он шустрый оказался, из подвала вылез.

- Не знаете, что ли? – стражник огляделся. – Только потом утащить его надо будет. Ну-ка, запали огонь, деньги посчитаем.

Пока стражники с громилой при свете факела бренчали монетами, два бандита наклонились над замершим в ужасе Бундоком. Один пощупал фуфайку и штаны жертвы.

- Себе возьму, - решил он. И распрямился, раздумывая, как половчее снять. Пожал плечами и разрезал верёвки на руках Бундока. Иначе фуфайку было не стащить.

Голый Бундок сжался в комок, обхватив плечи.

Громила, рассчитавшись со стражниками, равнодушно посмотрел на него, при этом осветив огнём факела.

- Смотри, смотри, - вдруг громко зашептал один из бандитов.

- Что там? – невольно спросил громила.

- Поднеси факел поближе.

Бандиты наклонились над дрожащим Бундоком.

- Эй, парень, ты из пограничной стражи? – спросил громила.

- Да, - ответил тот, даже не думая, что говорит.

Бандиты отошли к стражникам, делившим меж собой полученную мзду, и зашептались. Бундок понял, что-то случилось. Его пока не убивают.

- Его видели с нами, - приглушённо хрипел громила. – Так что придётся отпустить.

- Да, с пограничниками связываться не стоит, - старший стражник посмотрел на Бундока. – Ну его в Голбуц! Пошли отсюда.

По сырой улице зашлёпали шаги и вскоре стихли. Схватившись за стену, Бундок встал. Голый, обобранный, ну куда идти? Но хоть живой, помогли всё-таки боги. Он огляделся, никого. Закапал дождь, стало холодно. Бундок, шатаясь, зашёл в дом. Здесь, около дверного проёма, дрожа, и дождался утра. Голому по улицам ходить не стоит, думал он. Конечно, здесь, на окраине Хеннета, на него никто и не посмотрит. Но отсюда надо выбираться. Через два дня, точнее, уже послезавтра, служащие «Мамбы» начнут его искать. А они похуже любых громил будут.

В подвале Бундок нашёл пахнущие тухлятиной мокрые коричневые тряпки и обмотал ими бёдра.

- Пойду в порт, - решил он, шлёпая по грязи. – Наймусь за еду матросом, хоть куда, лишь бы подальше отсюда.