Обвенчанная с незнакомцем

Серое вечернее небо хмурилось, чтобы пролиться дождём. Вот уже несколько капель упали на дорогое тёмно-синее платье богатой женщины, которая почти бежала по улице небольшой деревушки, таща за руку девушку, лет пятнадцати-шестнадцати.

– Мия, давай быстрее, умоляю тебя! – Голос женщины звучал испуганно. Она постоянно оглядывалась, словно опасаясь удара в спину. Когда сзади послышались громкие голоса и ругань, женщина побежала.

– Ты все дома осмотрел? А то Барт будет недоволен. Это – последняя дань по договору и он рассчитывал уж здесь то поживиться на славу.

– Ещё парочка и спать.

Грубые голоса послышались совсем рядом. Женщина свернула в какой-то незаметный проулок, потом прошла ещё немного и, остановившись возле высокого здания с длинным шпилем, упиравшимся, казалось в самое небо, толкнула тяжёлую резную дверь. Захлопнув её за собой, женщина перевела дух и отпустила руку девушки. Но тут же снова вздрогнула и испуганно осмотрелась.

– Они не могут сюда зайти, не могут! – Прошептала она как молитву. Руки её дрожали, когда она сняла плащ, призванный защитить её от непогоды. Рядом девушка сделала то же самое. – Нам нужно найти священника.

Женщина уверенно направилась вперёд, внутрь церкви.

Девушка покорно шла следом, не задавая лишних вопросов. Они уже прошли ряд длинных скамей, когда с одной из них поднялся и поспешил к ним священник. Пожилой, с седыми волосами и морщинистым лицом.

– Чем могу помочь? – Спросил он.

– Отец, – женщина кинулась к нему, словно ища защиты, – вы ведь знаете об этой дани. Мы ничего не знали, когда ехали сюда. Иначе, Всевышний видит, никогда бы нашей ноги здесь не было. Мой муж отправил нас с дочкой отдохнуть и поправить здоровье. И вот… Кто же знал… Помогите, отец, пожалуйста!

Женщина схватила священника за руку.

– Я попробую помочь, – вздохнул он и морщины на усталом лице проступили ещё явственнее. – Но что я могу? Церковь у нас маленькая, помещений лишних нет. Только комната с облачениями, да ведь в ней то в первую очередь будут искать.

– Ну может быть они не осмелятся зайти в храм, – женщина ответила уже спокойнее.

– Может быть. Но запретить я им не смогу, увы, – печально ответил священник. – Давайте присядем. Вы можете остаться здесь до завтра или вообще сколько хотите. Правда, я не уверен, что вам здесь будет удобно, лирра…

– Саманта Де Раст. Мне будет удобно.

– Вот и замечательно, – священник улыбнулся. – К тому же кроме меня и моего друга здесь никого больше нет. – И он указал на тёмную мужскую фигуру, почти невидимую в вечернем сумраке. – И вы тоже располагайтесь, – священник жестом указал дочери лирры Де Раст на ближайшую скамью. Она покорно присела.

Матушка делала всё, чтобы спасти её жизнь, но от страха нет спасения. И вот сейчас он своими липкими щупальцами расползался по телу. Кто же знал, что данью для победителей в войне должны были стать молодые незамужние девушки от четырнадцати до двадцати лет. А когда тебе пятнадцать так хочется жить!

Они почти успокоились, тихо переговариваясь о чём-то своём, ведомом только матери с дочерью, когда на улице послышались громкие голоса и топот шагов.

– Боже! – Женщина вскочила со скамьи. – Они идут. Они сейчас будут здесь. Что делать? Что нам делать, отец?

– Только не надо бояться! Может быть, они ещё не осмелятся войти сюда. Давайте лучше помолимся! Пойдёмте за мной.

Лирра Де Раст с дочерью послушно направились вслед за священником к центру храма, где одиноко стояла статуя Всевышнего. Они преклонили колени и начали усердно что-то шептать. Вдруг громкий стук в дверь прервал их молитву.

– Открывай, – раздался грубый голос, – Иначе мы не посмотрим, что это – церковь.

– Вы закрыли дверь? – Лирра Де Раст благодарно посмотрела на священника.

– Да. Этим мы выиграем немного времени. Но совсем мало, увы.

– Но неужели совсем нет спасения?

– Есть у меня одна мысль, но не знаю, понравится она вам или нет. Забирают ведь только незамужних девушек.

– Не хотите ли вы сказать, отец…? – Женщина удивлённо подняла голову.

– Нет, мне нельзя по статусу, – он мягко улыбнулся. – Но здесь есть мой друг, я думаю он не откажется.

– Но моя дочь ещё слишком молода.

– Мой друг благороден. Я почти уверен, что он согласится спасти девушку, не требуя никаких обязательств. И хоть мне стыдно это говорить, как священнику, но в день её совершеннолетия просто подадите прошение Его Величеству с объяснением и просьбой расторгнуть брак и всё.

– Ну если ваш друг согласится, то я тоже согласна, а Мия – тем более. Только, ради Бога, быстрее!

За дверью стало подозрительно тихо. Священник подошёл к своему другу, что-то сказал ему. Тот кивнул, соглашаясь.